Тени скрывают истинные лица, дым от пламени заполняет небеса. Цитадель окутана маревом, а защитники королевского дворца бьются за каждый квартал. Настоящая война за сознание в воздухе и сердцах каждого последнего героя.
- О чем ты говоришь, монах?
- Коварству и цинизму короля Таргасы равных нет! - горестно усмехнулся Мастер пропустив мой вопрос мимо ушей. - Не знаю, что за ненависть старик питал к Павилу, но отомстил он генералу с демоническим размахом! У нас в монастыре с трех месяцев воспитывался мальчик сирота, его прислал нам сам король, задолго до разгрома ордена, и попросил хорошо позаботиться о нем. Мы приняли его, назвали Рой и воспитали в послушании и любви. В момент пожара ему было десять лет, он вместе с нами пережил трагедию и бегство, отлично зная имя нашего врага.
- Что? Вы хотите сказать, что ваш Рой - пропавший сын Павила?
- Прежде я сомневался в этом, но теперь уверен! - сказал монах.
- Так вот о чем вас спрашивал Павил! Но отчего вы не открыли ему правды?"
"- Зачем? - пожал плечами старик. - Скоро он сам узнает обо всем. Осталось ждать совсем недолго. Хотя не приветствую коварство короля Таргасы, но здесь оно сыграло отменную роль. Наш орден будет отомщен, и сердце кровавого завоевателя истечет кровью!
“А ты коварен и безжалостен, старик”, - подумал я, наблюдая за Мастером, который, оставив меня, о чем-то говорил со своими сослуживцами.
И как он отнесется после этого ко мне? Убьет или еще больше возненавидит? Я содрогнулся, вспомнив его полные презрения серые глаза, которыми он жег меня в дни рабства, и именно в этот момент принял решение, не имеющее ничего общего с трусостью или малодушием.
