В тени дырчатого фонаря он ощущал холод призрачной лабиринтной комнаты. Ее свет играя, подчеркивал уродливость стен и притоптал непонятные звуки. Каждый шаг вызывал мерцание отдаленных стен — в этом мраке он чувствовал себя одиноким фонарем в бездонной темноте, где каждая тень могла быть не только самим собой....
И это была тьма, которая уютно в нем устроилась с самого рождения.
К сожалению, тьма мужчин рода Ват Йетов отличалась от «женского» классического варианта. Она была словно бы мутировавшей, жуткой, очень, очень сильной, и любое желание своего носителя принималось ей как закон. Она не понимала полутонов, стремилась сделать так, чтобы все желания ее носителя были исполнены несмотря ни на что. Если «женская» тьма была завязана на негативных эмоциях, стремлении к мести, к справедливости, то тьме Ват Йетов было на это, мягко скажем, плевать.
Про грусть, тоску, печаль и говорить было нечего. Если обладателю такой тьмы захотелось бы страстно напиться воды в жаркий день, то происходило одно из двух: либо разверзалось небо, либо земля.
Ват Йеты обычно успевали.
С младенчества у мальчика появились лучшие учителя магии, которые учили его контролю. Это было сложно и мучительно, это было тайно и страшно, но с самого раннего детства Дерек Ват Йет был очень, очень рассудительным ребенком. Это его и спасло. Он рано узнал, что такое тьма и как с ней совладать. Как выжить и даже жить с целью, ради чего-то, а не просто коротать свой век в горах, где-нибудь подальше от людей, эмоций, искушений и соблазнов.
Уже в восемь лет маленький Дерек ничем не отличался от других мальчишек — щупальца тьмы покорялись ему абсолютно, и его самоконтроль был невероятным.
Ват Йет не был развит эмоционально. Совсем. Никак. Он привык жестоко контролировать свои эмоции, подавлять свои желания и настроения, привык слушать только голос разума. В его мире все было строго отмерено, определено, вытянуто по идеальным линиями, все было подчинено правилам, за пределы которых Ват Йет не выходил.
