В глубине академии молча сидела девушка. Ее взгляд падал на портреты потенциальных женихов — мужчин старше её в два и даже три раза. В комнату зачем-то вошел отец, объявив, что проведёт собеседование со всеми, а затем сделает окончательный выбор. Здесь царит не только строгий мир учителей и учеников, но и теневые структуры, о которых никто в академии даже думать не смел....
Да и я правда не хотел соглашаться с тем, что как-то обидел Мэри. То, что она слишком чувствительная — это просто женская черта. Бывает.
— Конечно, не понимаете! — Тэр вскинул лапы вверх, не видел его ещё таким злым. — Ведь у вас эмпатии к женщинам меньше, чем в дохлой крысе!
С этими словами он развернулся к моей сестре:
— Простите, леди Китти, за это сквернословие, но я умываю лапы! Я пытался! Не получилось.
Тэр попросту убежал, поджимая трясущийся от нервов хвост. Китти вздохнула, и перевела взгляд на меня:
— Что скажешь?
Я сделал очередной глоток.
— Вернется завтра. Он же привязан ко мне.
— Да я не про Тэра! Он сказал правду? Расскажи, как вы погуляли?
Я вздохнул, не желая слушать ещё одну лекцию.
— Ты разве не должна уже спать, Китти?
Сестра себе не изменяла. Даже в момент строгости выглядела как-то странно очаровательно. Прямо как мама. Все же они с ней имели поразительное сходство, как внешне, так и по характеру.
— Ты признался ей в чувствах?
— Китти, что за бред ты несешь? — разозлился я, прошёл к столу, чтобы поставить кружку, но случайно резким движением разлил стоявшее там же молоко.
Если бы не сестра. Точно бы бранно выругался.
— Как сильно моего брата должна зацепит девушка, чтобы он не спал, и у него все валилось из рук. Скажи мне, что прогулка была удачнее, чем о ней говорит Тэр.
Глава 27
— Это была не прогулка, — с раздражением сказал я, теперь уже убирая разлитое молоко. Ну что за день! — Там была ярмарка, пришлось ее провожать. Ничего больше. Так что хватит уже придумывать и иди спать.
Последнюю фразу я сказал строго, но Китти только фыркнула.
— Зря ты так, Нэйт. Между прочим, я слышала, что Мэри привлекла внимание Мэтью. Он уже вовсю ухаживает за ней и даже подарил ей розу.
Сестра надавила на самое больное место, тем самым вызвав волну гнев, которую я и сам не ожидал.
— Ты теперь у нас сплетница, Китти? — рявкнул я на сестру, но та проигнорировала мою злость.
— Я будущая модистка, Нэйт, должна знать, что происходит. Одна из моих обязанностей.
— Твоя обязанность сейчас — это спать, чтобы завтра утром готовиться к экзаменам, — жестко сказал я. — Так что иди. Сейчас.
— Пока ты будешь думать Нэйт, Мэри уведут…
— Китти, — в имени сестры не было ни одной рычащей, но прозвучало как рык.
Обычно так сильно мы никогда не спорили, и грозного тона хватало, чтобы она делала то, что я велю. Но видно обучение в академии повлияло на нее, она стала упертой и непослушной. Поэтому скрестила руки на груди и сжала губы.
