В мрачном лабиринте бункера, где свет проникает лишь через сломанные люки, скрываются два фигуры: один уже не может говорить, а другой осторожно выделяет предмет. Этот сюжет обрушивается в холодной тишине как шокирующая новость, погружая читателя в безысходную и отчаянно жестокую реальность....
Среди той толпы какой-то особенно наглый человек пытался прорваться внутрь.
У него в руках была какая-то коробочка с блестящими стекляшками. Тот тип дёргал рычажок, и каждый раз появлялась яркая вспышка. Чудные тут люди, зачем он светит днём, да ещё так быстро?
На меня поглядывали, но просто как на высокого парня с повязкой на глазу, ничего серьёзного. Дождь совсем стих. Я шёл по тротуару. Меня вёл мой нос. Пахнет чем-то печёным, совсем свежим.
Кажется, рядом булочная. Вот и она, хотя ещё без вывески. Я вошёл внутрь.
Запах внутри ещё сильнее. Но происходили не очень приятные вещи.
Булочник в белом переднике стоял за стойкой, глядя на двух человек в шляпах перед ним. Он явно был не рад их видеть.
— Ты что, не понял? — гундосил один, с короткими усиками. — Вся территория переходит падре Маретти. Будешь платить ему деньги за защиту.
— Но я уже неделю назад платил деньги падре Веленосо! — возмутился булочник.
— Падре Молотобоец совсем потерял голову, — сказал второй, с родимым пятном на щеке, и оба мужика в шляпах рассмеялись.
— Вы ещё долго? — спросил я. — Я есть хочу.
Один повернулся ко мне."
"— Ты, сопляк одноглазый, стой в стороне, пока…
Тот, что с родимым пятном, посмотрел на меня и тяжело сглотнул. А потом склонился над ухом усатого и прошептал:
— Знаешь, кто это? Это же он ночью…
Дальше я не слышал. Усатый тоже тяжело сглотнул и вытер внезапно вспотевший лоб.
— Мы это, — сказал он. — Как бы сказать…
— Мы уже уходим, — добавил тип с родимым пятном и потянул товарища за собой. — Простите, мессир. Мы уже всё…
Оба бочком вышли за дверь и придержали, чтобы она не хлопнула.
— Слава Святой Леоноре, — сказал булочник выдыхая. — У меня же сегодня почти выручки нет из-за этой резни, чем бы я им платил?
— Лучше дай мне вон ту булку с…
— Берите всё! — воскликнул булочник и начал накидывать свежий хлеб в корзинку. — На сегодня меня пронесло. Что будет завтра не знаю, но хотя бы сегодня будет проще.
— Мне нужно только это, — я взял булочку и впился в хрустящий бок зубами.
Ещё тёплая, на вкус приятно. Есть даже какая-то начинка из кисловатых ягод.
— Вам понравилось, мессир? — булочник смотрел на меня с восхищением. — Я так рад. Приходите ещё! Когда угодно! Лучше завтра, в это же время!
— Посмотрим.
Я вышел, поедая булку на ходу. У неё был настолько сильный аромат, что перебивал эту вечную портовую вонь.
