В глухой деревенской усадьбе ни души не наблюдалась — только старые тяжелые ворота скреплены стальными полосами. Напряженная атмосфера и неразговорчивый воздух подчеркивают важность прибывших спецмашины, явившейся выполнять нешуточную задачу.
Я отказался от чая, предложенного мне седой приветливой горничной, с удовольствием принял душ, побрился, попросил у бабушки утюг и погладил чистую рубашку. Затем сунул в карман деньги и вышел на улицу.
Почти везде горели уличные фонари, город был хорошо освещен, и толпы людей спешили прогуляться по свежему воздуху, наслаждаясь прохладным вечером наступившей осени. Отовсюду доносился женский смех и возгласы ребят. К своему удивлению, на улице я заметил относительно большое количество молодежи.
Пятигорск невелик, он сохранил еще множество старинных одноэтажных домов и тесную планировку улиц. Меня не покидало ощущение, что вот где-то здесь, может, даже возле этого старинного двухэтажного дома, украшенного витиеватыми резными наличниками, стоявшего на покрытой брусчаткой мостовой и явно построенного без помощи подъемного крана, жила княжна Мери, а гусарский офицер с щегольскими усиками проводил под окнами своего коня, покрытого дорогим персидским ковром.
Я спустился к пешеходной зоне центра и, не торопясь, двинулся по тротуару, уворачиваясь от больших шумных молодежных компаний, попадавшихся мне навстречу. Везде играла музыка, и множество кафешек призывно мигали электрическими огнями рекламы. Было тепло, но не жарко, и чистый воздух ранней осени, напоенный ароматами Машука, медленно синел, сохраняя тепло от лучей заходящего солнца.
Я решил поесть и медленно шел по улице, рассматривая девушек и людей за стеклянными окнами кафе. Где здесь лучше кормят, я не знал, поэтому ориентировался по количеству посетителей в зале.
Наконец я остановился. На большой площадке под крытым железным навесом стояло множество столиков, и почти все они были заняты. Я заметил с десяток детей, которые вывели своих родителей погулять.
