При виде плена глазами, отец уверенно решил судьбы своей дочери: она станет жертвой вампира. Вечером я должна стоять у ворот особняка на расстоянии до рассвета. Улицы пустуют и в воздухе нависает мрачный шар вампиризма.
— Лучше заткнись! — рыкнул злобно, вырывая из тела девушки магический кинжал и тут же помещая его в пространственный карман. Надкусил своё запястье и влил Ламии в приоткрытый рот свою кровь.
Когда я удостоверился, что моей человечке больше ничего не угрожает, создал магией небольшую софу и, опустив на неё девушку, грозно двинулся в сторону отступающей назад женщины.
— Как ты посмела покуситься на то, что для меня дорого?! — прорычал я, с каждым шагом приближаясь всё ближе.
— Я могу всё объяснить. Это не я…
Метнувшись к старухе, мгновенно вонзил руку в её грудную клетку и, сжав сердце, вырвал его.
— О, а здесь ещё одна, — послышалось от дверей.
Перевёл взгляд на появившуюся Лину и злобно рыкнул.
— Лестат, — подняла она руки вверх, — я не трону её. Даю слово!
Не обращая внимания на труп мерзкой Юлейны, смерть которой была вполне заслуженной, я, так и держа человеческое сердце в руке, решительным шагом направился к Ламии.
Только занёс окровавленный орган над ртом девушки, как Лина метнулась ко мне:
— Не надо! — взволнованно произнесла она, хватая моё запястье и оттягивая руку подальше от лица Ламии. — Подожди немного с обращением!
— Я смогу её обратить! — недовольно зашипел, начиная вновь злиться, что мне не дают выполнить задуманное. — У меня хватит сил!
— Конечно, хватит. Теперь я в этом точно уверена. Но если ты хочешь стать отцом и сохранить своего малыша, то нужно подождать его рождения.
— Какого малыша? — произнес хрипло, молясь всем богам, чтобы слова Элины были правдивы.
— Судя по всему, Лестат, ты нашёл ту, которая сможет даровать тебе дитя. Она беременна!
— Но я не слышу биения сердца…, — начал взволнованно я.
— Я тоже, но запах…, — вампиресса втянула носом воздух и я последовал следом за ней, — не понимаю, как ты не мог определить по запаху, что она носит твое дитя!
Эпилог
Стоял на крыльце своего нового особняка и наблюдал заходящее солнце. После всего случившегося мы стерли тот проклятый дом с лица земли и построили в другом месте новый.
Моя девочка уже спала. Беременность очень тяжело ей давалась. Изначально я переживал, так как биения сердца ребенка мне так и не довелось услышать, но когда живот любимой начал округляться, я успокоился. Мой ребенок очень силен, поэтому невозможно прослушать его маленькое сердечко.
