Зимняя война: Я лежал за валуном, покрытым снегом, и замер в напряжении. Стрельба громила наши ряды, выбивая десятки бойцов. В нескольких шагах от меня полз раненый красноармеец из соседнего взвода — его тянуло на помощь. Мимо него прошел злобный морось пулеметного огня, наводивший ужас среди наших рядов....
Тянулась извилистая ложбина, торчали обломки деревьев. Земля была густо изрыта воронками, окопами, в полузасыпанных капонирах находились разбитые пушки.
Это были укрытия, удобные места, за которые мы могли зацепиться. Не бежать толпой, а наступать перебежками, переползать от бугра к воронке, вести огонь из старых окопов.
Кроме того, придя в себя после атаки, мы сумели разжиться у погибших бойцов стрелкового полка кое-каким оружием: двумя пулеметами Дегтярева, автоматами ППШ, гранатами, и даже обнаружили противотанковое ружье.
"– Ребята нас простят, – крестился Зиновий, рассовывая винтовочные обоймы, гранаты и затвердевшую в окровавленном кисете махорку.
Немцы продолжали вести огонь, но теперь мы имели возможность отвечать на него, патронов хватало. Оседлали еще один подбитый танк – удобная бронированная точка для стрельбы.
Пошел снег, и это подняло настроение. Крупные хлопья опускались с сумеречного неба, стало вроде теплее. В орудийном капонире, пристроившись на снарядных ящиках и станинах разбитой гаубицы, мы торопливо совещались, намечая дальнейшие действия.
Вместо погибших жизнь выдвигала новых командиров.
– Возьми. Ты комбат, тебе пистолет положен.
– Не жалко?
– У меня винтарь, и еще штык-кинжал немецкий. Я им неплохо владею. Лучше, чем «наганом».
– Самарай у нас такой, – хохотнул затесавшийся среди командиров уголовник Шмон.
Поймав мой взгляд, Самараев коротко приказал приятелю:
– Ты, Шмон, к братве иди. Политбеседу проведи, что бежать некуда. Кто зассыт, церемониться не будем.
– Ясно, – вскочил широкоплечий уголовник, сумевший добыть себе автомат ППШ.
Я хотел передать автомат кому-то из более опытных бойцов, но понял, что Шмон считает его своим трофеем. Заводить свару в эти трудные минуты я не захотел, и, наверное, правильно.
