В королевских покоях холод и напряжение. Королева ожидает свадебного алтаря, в то время как мужчина лишь изо всех сил закован в чёрный бархат. Она же нежится в шёлке, тончайшей ткани настолько холодной, что заставляет кожу содрогнуться. Его жесткий голос и отстранённое обращение подчеркивают разницу между ними — королева чувствует себя обручённой, он - ожидает свадебного алтаря....
Глаза Алана — серые как сталь, но почему-то сейчас они кажутся тёплыми, близкими. Им хочется верить, им хочется во всём признаться.
Принц молчит несколько долгих секунд, а потом встаёт и отходит. Почему-то я чувствую разочарование. Он тихо говорит:
— Это долгий разговор, а вы слишком устали.
— Нет, я…
— Вы бледны, как снег, Виктория. Магически истощены. Поэтому сначала отдохнёте. Вам нужно хотя бы несколько часов поспать.
Стоит Алану упомянуть сон, и я понимаю — глаза и правда слипаются.
— Лекарь занесёт восстанавливающие силы настойки, — продолжает Алан.
— Хорошо...
— А по поводу разговора… Как на счёт завтрашнего утра?
— Утра?
— Да, на рассвете погуляем за стенами замка. Покажу вам местные красоты, а заодно расскажу всё, что захотите знать.
Несколько секунд я перевариваю услышанное.
— Вы только что позвали меня на свидание? — с долей шутки спрашиваю я, но Алан отвечает неожиданно серьёзно:
— Считайте что так.
— Боюсь, вы перепутали порядок действий, — слабо улыбаюсь я.
Алан хмыкает.
— Правда? Теперь буду знать. Обычаи людей меня всё ещё путают.
— Так… раз это свидание, я могу отказаться?
Алан делает вид, что правда задумался.
— В теории, — говорит он. — Но не рекомендую.
— Мне надо подумать...
— Думайте. Кстати, вечером в замке будет небольшой праздник. В Руанде сейчас отмечают день рождение короля. В шесть вечера в саду будет организован фуршет.
— Спасибо.
— Тогда желаю вам хорошего отдыха, Виктория.
Алан бросает на меня последний долгий взгляд, а потом идёт к выходу. Но вдруг останавливается на полушаге и неожиданно возвращается ко мне. Наклоняется.
Я замираю. Губы начинает покалывать, к щекам снова приливает жаркий румянец. «Нет уж! На этот раз он врасплох меня с поцелуями не поймает!» — думаю я, готовая отпрянуть.
Однако принц вдруг заводит свои руки за мою шею, застёгивая замок цепочки. Я опускаю взгляд и вижу у себя на груди алый кристалл — слезу ведьмы.
— Это ваше. Не теряйте, — шепчет принц.
А потом разгибается и уверенным шагом уходит, оставляя меня — ошеломлённую, красную до кончиков ушей — наедине со своими мыслями.
Из-за закрытой двери доносятся неясные голоса. Но Деккарда, Лили и Элизу ко мне не пускают, зато проходит лекарь.
