Русская студентка неожиданно оказывается в фэнтезийном мире своего любимого романа, но не в роли главной героини, а в теле злодейки Виктории Саблфорд. Теперь ей предстоит переписать свою судьбу и изменить ход событий, чтобы избежать трагического конца.
Раздел Chitat.online для книги «Я стала злодейкой любовного романа» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Русская студентка неожиданно оказывается в фэнтезийном мире своего любимого романа, но не в роли главной героини, а в теле злодейки Виктории Саблфорд. Теперь ей предстоит переписать свою судьбу и изменить ход событий, чтобы избежать трагического конца.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кира Иствуд Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Русская студентка неожиданно оказывается в фэнтезийном мире своего любимого романа, но не в роли главной героини, а в теле злодейки Виктории Саблфорд. Теперь ей предстоит переписать свою судьбу и изменить ход событий, чтобы избежать трагического конца.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
К тому же, Виктория… не буду кривить душой, у меня имеются некоторые подозрения на ваш счёт.
Элиза тут же поднимается со своего места.
— Виктория мне помогла! Она меня спасла! Поэтому…
— Поэтому она всё ещё не в тюрьме, — отрезает Алан. Под его взглядом Элиза вся сжимается и садится обратно. Её уши пылают.
— И как долго вы собираетесь нас тут держать? — спрашиваю я.
— Пока культ не будет уничтожен, конечно.
— А если это займёт года?
— Вы в меня настолько не верите? — поднимает брови Алан.
— Предпочитаю брать в расчёт худший вариант.
— Пессимизм вам ни к лицу, леди. Думаю, полгода — это крайний вариант. К тому же, уверяю, вас никак не будут ограничивать в пределах этого замка. Завтра же начнутся ваши уроки магии. Если же станет невмоготу, то скажите, вас выведут на прогулку. Если что нужно ещё, обращайтесь ко мне или к моим людям. У вас остались вопросы? — Он смотрит сначала на Элизу, потом на меня. Вопросов у нас нет.
— Вот и прекрасно, — Алан поднимается. — Приятного вам аппетита, леди. Не буду больше мешать. Надеюсь, мы друг друга услышали, и мне не придётся жалеть, что я не запер вас по комнатам, — он выразительно смотрит на меня. Похоже, дурная слава Виктории уже дошла до его ушей.
Не получив возражений, принц широким шагом покидает столовую. Мы с Элизой остаёмся одни, но я не верю в эту иллюзию уединения. Наверняка у дверей дежурят.
— Ох, почему принц всё ещё подозревает тебя, — взволнованно говорит Элиза.
— Ему по должности положено, — отмахиваюсь я и подтягиваю к себе тарелку.
— Ты так спокойно к этому относишься! Он же почти угрожал тебе тюрьмой!
— Да он так шутил. Давай поедим, наконец. А то с этими оборотнями никакого аппетита. Так и похудеть можно.
Набивая рот едой, я раздумываю над тем, что сегодня произошло. Вдруг мне вспоминается королевская бумага, которую Алан показал графу.
Согласно ей принц имеет право задержать почти любого, лишь заподозрив в причастности к культу. К тому же он может без объяснения обыскивать дома и даже привлекать к поискам местную стражу. Взамен Алан обещал королю Лимерии помочь с защитой северных границ, которую то и дело атакуют кочевники.
Новое покушение на семью Алана произошло совсем недавно. Из книги я знаю, что принц тут же принял решение во чтобы то ни стало покончить с культом. Но вот его младший блат Джаред с ним не согласился. Он не пожелал ехать в Лимерию. Остался при отце в Руанде. Не мудрено, что Алан подозревает Джареда в измене. Ведь если отец умрёт, а Алан сгинет… то власть в стране перейдёт Джареду... Хотя по книге до такого не дошло.
«Так, и что мы имеем, — думаю я. — Если Алан избавится от культа… Если я и дальше смогу прятать метку… Если он влюбится в Элизу... то тогда я, наверняка, выживу. Вот только слишком много «Если»».
