В забытых уголках города, где дни туманами висят и ночи пропитаны ароматом смерти, вы встретите главного героя этой истории: стражем пламени он стал не по своей воле. В панике и хаосе, описанный в его мозгу — лишь отчаянное стремление выжить и разобраться в причинах этого ужаса, когда каждое движение может стоить жизни....
Как раз у чаши последнего дороги в мужское и женское общежития расходились, а до этого нам было по пути.
— Хорошо, — легко согласился Мор и начал первым выбираться из укрытия.
— Чисто, — шикнул он мне с аллеи, и я выбралась из зарослей.
Пока мы шли до означенного мной места, успели договориться, что завтра пойдем в библиотеку сразу после занятий. В том, что копать нужно в этом направлении, Толье был убежден. То его словам, если он хотел бы что-то зашифровать, именно так бы и поступил.
Я не стала с ним спорить.
Распрощавшись с приятелем, я направилась в сторону женского общежития. Дорога была знакомой. Правда, хотелось бы, чтобы еще и короткой. Чтобы раз — и уже в комнате. Но увы. Нужно было обойти сначала восточное крыло главного учебного корпуса, потом столовую…
На академию меж тем опускались густые, как кисель, осенние сумерки. Небывало теплая днем для месяца золотой листвы погода к ночи сменялась ощутимой прохладой. На небе начали появляться звезды.
С памятной ночи прошло две недели. Воспоминания прошлого нахлынули, и я сразу не заметила фигуру, выросшую из тени. Та утробно зарычала и заступила мне дорогу.
В тусклом лунном свете я увидела блеснувшие обнаженные клыки, пасть в пене слюны, вздыбленную шерсть на загривке. «Волкодлак», — пронеслось в мозгу. Кровь в жилах заледенела, я нам миг замерла, забыв, как дышать.
А вот как визжать — не только не забыла, но и освежила навык.
Орала я от всей души. Думаю, если бы мы соревновались с баньши, не факт, что нечисть заняла бы первое место. Но, как выяснилось опытным путем, голосовые связки находились у меня в какой-то тесной зависимости от ног. Потому как я не просто орала. Я еще при этом и бежала. И что самое поразительное (и для меня, и для растерянного происходящим волкодлака) — не от зверя, а на него. В лобовую.
Впрочем, шокированной зверюга пребывала недолго.
У меня же из головы напрочь вылетели все заклинания. Да и сомневаюсь, что нежить решила бы деликатно подождать, пока я отрою в чертогах своей памяти нужное, а то и сбегаю за конспектом. Поэтому я просто призвала силу. Та вспыхнула ледяным пламенем, окутав мою ладонь огнем.
Нас разделяло не больше десяти ярдов. Десять широких шагов по густой, покрытой обильной росой траве.
