В ночной дружбе между мужчиной и женщиной скрывается напряженная бдительность и острый инстинкт самосохранения. Мирон терпеливо ждет, когда его обязанности окончатся, в то время как Марьяна проявляет несдержанную активность, вызывая беспокойство. Их романтическая история полна хитрости и драматизма, где каждое слово может стать последним звуком перед трагедией....
К Костину не приближаться, узнаю – посажу в обезьянник, – веско пообещал он. – Поняли? Свободны!
*******
Я глянул на часы, которые показывали уже семь вечера, и снова набрал номер Марьяны. Телефон был недоступен. Я выругался сквозь зубы, всеми органами предчувствуя неладное. Утром Марьяна ответила на сообщение, написав, что все в порядке, на занятия по вождению она не попала, а отправилась в офис к сестре. И я успокоился. Ненадолго. Ровно до того момента, когда ее телефон вдруг оказался вне зоны действия, мать ее, сети!
– Я звонил Ольге, – подошел ко мне Марк, – она сказала, что Марья в офис сегодня не приезжала.
Я мысленно выругался, набирая номер сестры. Недоступен. То же самое было и у всех оставшихся членов ОПГ именуемого в узких кругах Всадницы Апокалипсиса.
– Писец Костину, – прокомментировал ситуацию Марк и нервно хмыкнул.
И именно в тот момент ожил мой мобильный.
– Приезжай в отделение, – напряженно велел мне Давыдов.
– Что случилось? – рявкнул я.
– Справедливость восторжествовала, – таким тоном ответил Захар, что переспрашивать расхотелось.
Бросив все и крикнув Логинову, что мы отчаливаем, мы с Марком сорвались в отделение. Я прыгнул за руль, одновременно закрывая дверь, заводя мотор и клятвенно обещая себе больше над Шведовым и Давыдовым не ржать, когда их вторые половинки творят полнейший беспредел, который сами называют борьбой за справедливость. Единственный, кто смотрел на их выходки философски, был Макар, который и сам засветился в девчачьих авантюрах как активный участник.
– Мир, выдохни! – завопил Марк, когда я на всем ходу с трудом вписался в поворот.
– Выдохнул, – рявкнул я, увеличивая скорость.
Грудную клетку сжимало от беспокойства, а я нервно вертел руль, обгоняя едущие впереди машины. Выпорю! Вот честное слово, выпорю и рыжую всадницу возмездия, и новоприбывшего стажера Апокалипсиса, которая зовет себя Марьяной! Зато теперь я от души проникся страданиями своих друзей, которые уже прошли три стадии принятия. Я пока находился на второй – гнев!
Притормозил у отделения полиции, выдохнул, стараясь успокоиться, и выскочил на улицу, широким шагом приближаясь к входу.
– Кого арестовали? – обернулся я.
– Никого. Патрульные хулиганов привезли. Там все ваши и мужик пьяный, орет, что прокурор, но документов с собой нет. Выясняем, – пожал плечами дежурный.
