В мрачном лесу, где дождь бормотал грустную песню, семнадцатилетняя Даша стояла у фонаря. Ее курносый нос искривлялся от холода, как будто пытаясь найти что-то укрыться в сумерках. Этот оазис света заставлял ее сердце забыть холод.
Стас опять скинул — успокоить себя было уже сложнее. Она набрала еще раз почти сразу, но он опять не взял. Напечатал короткое «скоро буду»… И ни слова об исходе. Ни слова…
Сердце билось в горле, доводя до противной тошноты. Продолжая держать телефон в руках, Даша начала курсировать по комнате, задерживалась на десяток секунд у окна… А потом снова курсировала.
В какой-то момент набрала Артёма. Шанс, что брат будет в курсе, раньше ее, казался мизерным, но… А вдруг?
— Алло, мелкая, слушаю тебя…
— Тебе Стас не звонил?
— Нет.
— У них с Диной сегодня последнее заседание. Я волнуюсь…
— Почему волнуешься? Поверь мне, как юристу. Их разведут. Суд не может заставить их сожительствовать только потому, что так статистика разводов будет немного менее внушающей…
Артём ответил довольно спокойно и даже с улыбкой.
И Даша оценила бы шутку, не будь она настолько напряжена. До предела, а то и за ним.
— Хорошо. Спасибо. Но если он позвонит тебе — набери меня, пожалуйста. Я… Я изведусь здесь, пока это все закончится.
— Не накручивай себя, Носик. Все будет хорошо…
Даша скинула, вернулась на диван, снова занялась тем, чтобы смотреть на черный и горящий временем экран. Легко сказать «не накручивай», а сделать… Совсем непросто.
Стас не стал бы тянуть интригу — не в его характере. Это слишком жестоко. Поэтому… Даша понятия не имела, что там происходит, но в голову лезли исключительно плохие мысли.
А когда в замке начал проворачиваться ключ — тут же подскочила, понеслась навстречу.
— Стас… — он зашел в квартиру… И Даше сразу стало понятно, что что-то не так.
— С-сука… Немеет…
Стоял спиной ко входу, в котором застыла Даша, но даже так она уловила, что смотрит на руку, сжимая-разжимая кулак. А за бутылкой тянется второй.
Достает ее, достает стакан, не наливает только, а нажимает на висок, трет его. Лишь потом опять возвращается к своему изначальному плану — наливает, разбрызгивая… Потом трясущейся же рукой пытается поднести к лицу… Но так и не делает глоток, стукает с силой снова о стол, разворачивается, смотрит прямо на Дашу.
— Она п-принесла справку о беременности. Срок. Ч-четыре месяца.
— Это ложь… — Даша непроизвольно тянется ко рту, уже даже не обращая внимания на то, что сердце переехало из горла прямиком в голову, яростно долбя там в виски. Шепнула не столько Стасу — сколько себе.
— Или правда.
