В мрачном лесу, где дождь бормотал грустную песню, семнадцатилетняя Даша стояла у фонаря. Ее курносый нос искривлялся от холода, как будто пытаясь найти что-то укрыться в сумерках. Этот оазис света заставлял ее сердце забыть холод.
"
"Отчего-то очень хотелось разозлиться на него. За то, что настолько глух к ее сомнениям. Что не видит изменений. Что за проведенные врозь дни даже не попытался выяснить, все ли у них хорошо и что вообще значило ее поведение в машине. Очень хотелось, но не получалось. Потому что понимание было слишком очевидным — вопрос в ней. Изменения произошли с ней. Все перестало устраивать ее. Он же… Каким был — таким остался. Милым, добрым, ласковым, заботливым, замечательным… Не тем.
— Поем, чуть отдохну, а потом мотнем в кино? А, Даш? Фильм классный, тебе зайдет, думаю.
— Богдан… — он просто день планировал, а Даше только гаже становилось с каждым его словом.
— Что? Не хочешь в кино? Ну давай, Даш.
— Не хочу.
Богдан снова через плечо на нее посмотрел, нахмурился чуть.
— Что не так? Ты обижаешься на меня за что-то? Объясни тогда, я извинюсь, вину признаю, и дальше поедем…
То ли пошутил, то ли правду сказал, потом вернулся к еде, Даша же сделала глубокий вдох, потянулась к сумочке, в которой лежало то, что должна была отдать, в кулаке сжала…
— Я не обижаюсь, Богдан.
Девушка оттолкнулась от столешницы, прислонившись к которой стояла до этого, к обеденному столу подошла, сначала ключи от его квартиры положила, потом кольцо.
— Это что, Даш? — он посмотрел на нее, вроде бы уже нахмурив брови, но еще улыбаясь. Потом на связку с ключами, потом на нее опять.
— Я решила, Богдан. Свадьбы не будет.
Может, это неправильно было с ее стороны — говорить сразу в лоб, без подготовки, даже не сев напротив, не взяв его руку в свою.
Богдан улыбнулся еще сильней, сам к невесте потянулся, думал за руку ухватить, она не дала — отступила.
— Это шутки такие, солнце? Ты пранкуешь меня что ли?
Подобную реакцию, пожалуй, стоило бы назвать «шутка надежды». Первая версия, которую мозг рождает, уже догадываясь, что вряд ли, но цепляясь за возможный розыгрыш, как за последний шанс.
— Не шутка, Богдан. Я… Не люблю тебя. Совсем не люблю. И не могу. Ты не виноват, причина во мне. Ты не сделал ничего такого, что могло бы меня обидеть или разочаровать, просто… Я была очень глупой, когда думала, что любовь — это уют, привычка, нежность.
— Подожди. Подожди, Даш. Я ни хера не понимаю…
Даша тараторила так быстро, что только усложняла понимание, а не объясняла, как хотела.
