Я вижу себя перед зеркалом: бледное отсутствие краски на лице, круги под глазами — явный признак недосыпания. Никакие косметические средства не могут скрыть эти тени. Анжела начинает что-то изображать на моем лице с непонятной решимостью, будто пытается подарить мне какой-то новый look. Я понимаю её замешательство: я слишком долго оставалась в стороне. Время утекает и каждый день становится тщеславием....
Сделать вид, что прошлое, которое так неожиданно ворвалось в мою жизнь, мне попросту приснилось.
А ещё Влад обещал мне минимизировать своё присутствие рядом и тоже выполнил всё, о чём говорил. Мы созванивались от силы раз в неделю, говорили мало и по существу. И теперь мне приходилось гнать от себя ещё и понимание, что я по нему соскучилась.
– Ты всё равно продолжаешь исчезать, – сказала мне как-то утром мама, когда приготовила оладьи и поставила передо мной тарелку, наполненную доверху.
– В каком смысле исчезать? – не сразу поняла я.
– Ну… прозрачная какая-то стала. Вроде бы и ешь хорошо, и спишь… а как будто в тень превратилась.
– Глупости, – отрезала я, накладывая себе оладьев.
В последнее время я ела не потому, что мне хотелось. Просто так было нужно и всё. И то потому, что я была беременна.
– Может и глупости, а может, и нет, – вздохнула мама. – Но мне всё это совсем не нравится.
Я принялась уплетать оладьи. Ответить на сказанное мне было нечего. Да и как быть с пониманием того, что мама права, я не знала.
– Лин… можно тебя?
Этот голос раздался так неожиданно, что я опешила. Застыла на месте, а по телу моему прошла дрожь. Захотелось сбежать. Сорваться с места и помчаться к подъезду, в котором я и могла спрятаться.
Но я нашла в себе силы и повернулась.
Кирилл. Мне не почудилось. Стоял чуть в стороне, бледный, осунувшийся, словно бы тоже исчезающий, как сказала бы мама.
– Привет. Можно, – тихо откликнулась я и подошла к Киру. – Ты какими судьбами здесь?
– Поговорить хочу.
– Зайдёшь? – кивнула я на дверь в подъезд, а сама в этот момент лихорадочно соображала, не стоит ли набрать номер Титова и сообщить ему об этом визите.
– Нет. Надолго не задержу. – Он засунул руки в карманы джинсов и вдруг сказал: – Я прощения просить приехал. За то, что тебя считал такой сукой. И за то, что Оля сделала. Я же знал, что с ней что-то не так. Видел это, но ничего не делал.
– Видел – что?
– Что я ей ни черта не сдался. Такие вещи же чувствуют.
– Ммм, понятно, – протянула я. – И мне очень жаль, что так всё вышло.
– Мне тоже. Но не из-за себя. Из-за вас с Севой.
Я помотала головой, давая понять, что эта тема для меня из разряда табу. Но сказать ничего не успела, потому что Кирилл заговорил. С таким жаром, что я бы не смогла его остановить даже если бы захотела.
– Вы вместе должны быть. Раз уж не вышло тогда, когда он этого хотел.
