В темном кабинете горит единственная лампа, на стенах повисают старые портреты. Парень насмешливо курит сигарету, его легкая хрипотца бросает мельчайшие отражения в зеркальных очках. Глядя на него, можно подумать, что он существо из самых низменных снов. Я замечаю лишь грудь и жилистые ноги — все остальное скрыто за тканью рубашки. Потрясающая атмосфера предвкушения и магии, царящая в этом месте....
Зверь не выпускал ее из «объятий», вынудив оставаться на земле, вылизывал лицо и руки, периодически успокаивался, утыкался мордой в мамины колени, поднимал глаза и наблюдал. Смотрел преданно, с нескрываемым страхом и трепетом. От малейшего шороха зверь вскидывался, принимал боевую стойку, угрожающе рычал, отталкивая свою пару за спину.
– Стая – ничего, должен только он, – Балаам указал на меня. – И надеюсь, когда придет время возвращать долг, ты о нем не забудешь, волк.
– Не забуду. – Сомневаюсь, что смогу забыть, даже если захочу.
– Человечку советую подлатать. Исцеление не мой профиль, я помог вернуть ее в этот мир, остальное за вами. До встречи. – Демон исчез, а за ним последовали и его тени.
Не знаю, как у других, но с каждым рассеявшимся сероватым пятном, прояснялось сознание и, казалось, воздух становился легче и чище.
– Что ты ему должен? – Альфа перехватил меня за предплечья и развернул к себе. – Ты же не наделал глупостей?
– Нет, – заверил я, вытягивая руки из захвата.
– Этим займется Константин. Так что за долг? – Альфа продолжал упрямо расспрашивать.
– Материальный, – ответил я.
Альфа долго всматривался в мои глаза, прислушивался к сердцебиению – читал, бросил короткий взгляд на моих родителей и отступил.
– Я благодарен и горд. – Хватка его пальцев ослабла, превращаясь из захвата в ободряющее похлопывание. – Ты сын своего отца, – дядька хмыкнул.
Мы оба затаили дыхание, наблюдая за тем, как мама бережно гладила огромную волчью морду. Нежно вела от носа к ушам, улыбалась светло и немного грустно. Неужели она помнит о произошедшем? Мама склонилась к зверю, закапывалась пальцами в шерсть и шептала, что никогда бы не оставила отца одного и сейчас просит его вернуться. Просит зверя уступить.
– Ее нужно забирать, – произношу я на грани слышимости.
– Тише, – обрывает Альфа. – Арнару бы перекинуться в человека, иначе он не даст и прикоснуться к Лиле.
Время идет, но сцена перед нами не меняется: волк ревностно охраняет свою пару. Не разрешает подняться, поменять маме позу, прожигает всех недружелюбным взглядом, угрожающе демонстрирует зубы, при каждом движении.
– Так не пойдет. – Константин присоединился к нам сразу же после воскрешения мамы, не подходил, присматривался. – Девочке нужен покой и подпитка. Ар сейчас не понимает, что вредит ей.
