В небольшой клиниках доктора Руслана Таировича ждут пациенты с неизлечимыми заболеваниями. Если он возьмёт тебя на работу, возможно, ты сумеешь уговорить его взяться за операцию для своего сына Никиты. Под крылышками фикуса ты стоишь у входа в кабинет - всё дышится и живёт, а стены звенят от твоих мыслей: как говорить с господином так, чтобы он взялся за дело?...
Глава 39 - Первая операция
Мы держим руки над столом, пока Горыныч колдует с анестезией. Там что-то не гладко.
- А что не так? - смотрю я на приборы.
- Да пьяный в дрова... Дыхание угнетено. ИВЛ подключаем...
- Какие погрешности мы учитываем при алкогольной интоксикации? - смотрит мне в глаза Хасанов.
- Свёртываемость крови... Взаимодействие с антибиотиками, миорелаксантами... Возможные судороги... Отек... - тараторю, чуть заикаясь.
- Диагностируй, что ты видишь?
- Вдавленный перелом костей черепа, - перевожу взгляд на снимок.
- Что будем делать?
- Трепанацию?
- Бери скальпель, - смещается, уступая мне место. - Делай разрез. Снимай мягкие ткани.
- Я?!
- Ну, давай санитарку попросим... - с ноткой сарказма.
Пытаюсь собраться. Я видела как это делается неоднократно. Но на видео. Один раз ассистировала Хасанову. И всё!
- Ну какой из меня ещё хирург?! - не выдерживаю я.
- Хирург или - сразу начинает самостоятельную практику. Или - не начинает никогда. И остаётся второй скрипкой.
- Да согласна я быть второй скрипкой!
- А если завтра я на этом столе лежать буду в нашу смену, кто будет первой?
- Тьфу-тьфу!!
- Давай, Зотова. Стандартная операция. Все как по учебнику.
- Скальпель... - хриплю я, раскрывая ладонь.
- Какой? - уточняет сестра.
- Эм...
Каким он это делал??
Поднимаю взгляд на Хасанова. Он молчит. А я тогда была в таком шоке, что не помню.
Ладно! Если я ошибусь, он поправит. Главное, не торопиться, чтобы успел вмешаться. Никаким другим я не пользовалась, поэтому.
- Стандарт.
Делаю несколько надрезов по периметру раны, как делал он. Капли крови наливаются, пряча разрезы... Подсознательно жду команды ""тампон"" или ""отсос"". Но это же я должна ее отдавать, да?
- Так... - дышу глубже, сердце колотится. - Тампон.
Он сушит кровь. Ее не много.
В четыре руки мы отсекаем от черепа мягкую ткань и отворачиваем ее.
- Бери пилу, - твёрдо распоряжается Хасанов.
Я?!
Нет, ну пожалуйста! Я же не умею.
- Каждому из нас это придется когда-то сделать первый раз, - видимо считывает мою панику.
- Я бы хотела сначала попробовать в морге!
- Там череп и тут череп. Давай. По обозначенной линии.
Боже...боже...боже! Спаси пациента и меня, пожалуйста.
Пила напоминает маленькую болгарку.
Жму на кнопку, пила с тонким жужжанием вибрирует в руке. Неуверенно прижимаю к кости. От запаха палёного меня накрывает дополнительно.
Мне кажется, я сейчас отъеду..."
"И одна часть меня в панике отключается.
