В небольшой клиниках доктора Руслана Таировича ждут пациенты с неизлечимыми заболеваниями. Если он возьмёт тебя на работу, возможно, ты сумеешь уговорить его взяться за операцию для своего сына Никиты. Под крылышками фикуса ты стоишь у входа в кабинет - всё дышится и живёт, а стены звенят от твоих мыслей: как говорить с господином так, чтобы он взялся за дело?...
Пообещай, что отвезёшь ее отдыхать на море, как только она встанет. И дай ей выбрать место по рекламным роликам. Просто послушай что она говорит, чего хочет…
- Хм. Я попробую. Спасибо, Стеф.
И Таю можно пригласить. Лера будет рада.
- Видишь, ты хочешь! Ты не начал искать оправданий, почему ""нет"". Ты - хороший отец.
Закатываю глаза. Это не так...
Вот мой был хороший. Жаль - рано погиб. Мать откровенно страдала рядом с ним, а мы с братом кайфовали. Жизнерадостный и властный горец категорически не вписывался в алгоритмы жизни питерской еврейки, выросшей в семье профессора.
Жизнь иногда отжигает, смешивая воду и керосин.
Я продукт этого смешения. И не дай Бог кому-то поджечь мой ""керосин"". Вполуха слушаю Стефа о том, как он видит курс реабилитации. Я ему доверяю. В этом он компетентней, чем я.
- Секунду... - не глядя, отвечаю на вызов. - Хасанов...
- Привет, Руслан. Это я...
Тая. Неожиданно... Мне обычно не звонят женщины, с которыми у меня случается связь. Я сразу объясняю правила игры.
Но Тая - не просто ""связь"", где щедростью и хорошим сексом можно подрихтовать неудобные для женщины детали. Тая - это другое. И вот она звонит, и мне это даже приятно. Приятно, но неожиданно. Как-то не пишется, что звонит первая просто так. Она из той породы женщин, что скорее сама будет ждать звонка от мужчины.
- Привет...
- Не вовремя? - гаснет ее голос.
Поднимаю взгляд на прервавшегося на середине фразы Стефа.
- Что-то срочное? - молчание. - Тая?
- Нет, ничего... Ладно.
Скидывает.
Закрываю глаза. А вот сейчас хочется отлупить! Это что ещё за номера?! Явно ведь, что позвонила не просто так.
- В общем, начать можно уже сегодня вечером, если ты одобряешь курс.
- Я одобряю. Мы приедем. Во сколько?
- Да я, собственно, хоть сейчас. Настрою пока здесь всё.
- Я за Лерой.
По дороге, вися на телефоне, спорим и ругаемся с дочерью. Она видите ли - не готова сегодня! За-ня-та.
- Занята - это у тебя семеро по лавкам и один приболел, или - у тебя светский прием этим вечером? Может, у тебя смена на работе?
- Да, пап! - с истеричной ноткой.
- Короче! Полчаса тебе подготовиться, - категорично рявкаю я.
Стеф сильно меня переоценивает как отца.
На перекрестке, поворачиваю к дому Таисии. Дверь подъезда подперта кирпичом. Грузчики носят мебель. Я поднимаюсь к ней. Дверь снова приоткрыта.
