В небольшой клиниках доктора Руслана Таировича ждут пациенты с неизлечимыми заболеваниями. Если он возьмёт тебя на работу, возможно, ты сумеешь уговорить его взяться за операцию для своего сына Никиты. Под крылышками фикуса ты стоишь у входа в кабинет - всё дышится и живёт, а стены звенят от твоих мыслей: как говорить с господином так, чтобы он взялся за дело?...
Намылился к своей Ульяне Карловне? - обиженно и недовольно хмурю брови.
Но куда деваться? Я в рабстве.
Вздохнув, присаживается, глядя Графу в глаза.
- ""Хозяйка""."
"Ловит мою кисть, сует к его пасти. Застываю от ужаса.
- Это - хозяйка. Служить.
Пёс нюхает, переводит взгляд мне в глаза. Стрижет ушами. Мы настороженно и недоверчиво смотрим друг на друга.
Он явно сомневается насчёт “хозяйки”, так же сильно, как я насчёт ""служить"".
- Всё будет нормально. Просто - не бегай и не маши руками. Он может счесть,что с ним играют.
- Отлично, Руслан Таирович! Мне сразу полегчало. А можно я у Леры спрячусь? Вы его пока поддержите, пожалуйста. Но вот как вы умеете - магнитной ладонью.
- Зотова, прекрати. Он тебя не съест.
Вспоминаю, как хищно рычал мне под коленку, а потом в ягодицу.
- Не будем проверять!
Смываюсь к Лере.
- Прив... Эй... Ты чего?...
Шокированно присаживаюсь рядом на кровать, разглядывая ее опухшее от слез лицо.
Что-то невнятное бурчит, заикаясь от рыданий.
Нормально он на свои гульки смылся, когда дочь в таком состоянии!
В комнате - хаос.
- Так... Ну-ка! Все вокруг гадские сволочи, только мы с тобой пушистые зайки! - успокаиваю ее. Разбираться потом будем.
Обняв, глажу по спине.
- Не реви. Мы всем наваляем, поняла? И на ноги тебя поставим. И будешь самая крутая девочка.
- Н-н-нет.
- Ну, посмотри, у тебя уже глаз не видно.
- Я урод... - хлюпает она.
- Это исправимо! - укладываю ее.
На ковре валяется перевернутый стакан.
В ванной мочу полотенце в холодной воде. Наливаю в стакан воды. Напоив ее, укладываю как компресс ей на лицо полотенце , накрывая глаза.
Глажу ее пальцы. Лак ободрался с ноготков. Погрызаны…
- Ну хочешь, я телефон тебе свой дам?
- Не надо мне больше никакой телефон, - обиженно и не справляясь с дыханием.
- Рассказывай! От меня никто не узнает, обещаю.
Скидывает полотенце с лица. Ложится на бок, смотрит в стену.
- Это папа всё виноват.
Вывернув полотенце, опять кладу ей на лоб. Холод хорошо успокаивает истерики.
- Это из-за него всё.
- Ой, он вообще у тебя Тиранище... - поддакиваю я. - Знаешь, как измывается над персоналом? Я его так и зову - Руслан Тиранович. За глаза, конечно. Но разок оговорилась...
- И что?
- Что... Облучил меня своим радиоактивным взглядом!
Рассказываю ей ещё всякое, чтобы отвлечь. И жду, пока начнет рассказывать в ответ.
Но она только слушает.
