Вечерний шепот музыки и мерцание стrobоскопов создают атмосферу забытого клуба, где каждая фраза или звук будто провокует возвращение прошлого. Человек чувствует себя необычно: минутное расстройство заменяется внезапным отсутствием времени, как если бы ты оказывался на месте хвоста ящерицы. Этот роман описывает душевный кризис в современной жизни — где каждое действие и реакция приводит к неожиданным взлетам и падениям....
— Я решила, ты опять во что-то вляпался или возомнил себя Будулаем. — Острые зубки прихватывают мою нижнюю губу.
— Никаких больше Будулаев! Табор никуда не уходит!
Нужно как-то добраться до дома, а лучше — до кровати. Терпение вместе с ширинкой трещит по швам, и пока я не разложил Лизу прямо на сиденье, машу Стасу, чтобы поторапливался.
— Но ты мог хотя бы позвонить и предупредить?!
Лиза так ерзает и трется, что можно кончить даже без проникновения. Никакие квадратные корни не спасают. Никакие картинки из недавнего прошлого не отвлекают.
Пофиг на цифры. Пофиг на Рогова. Пофиг на то, что чуть не сдох.
Когда въезжаем во двор, подхватываю свое счастье на руки и выношу из машины.
— А моя охрана больше не отчитывается?
— Они тебя тоже потеряли! — со стоном произносит Лиза, стоит нам пересечь порог дома.
— Плохо работают. — Игнорируя Хаванского, я тяну свою женщину в сторону спальни.
— Точно. — Она не сопротивляется. — Чипировать тебя надо. И датчик куда-нибудь вставить, — добавляет холодно.
Настоящий доктор!
— Покажешь куда? — Провожу указательным пальцем по шву на тонких домашних брючках.
С нашей ночной встречи прошло всего несколько часов, а по ощущениям — неделя.
— Непременно! — цедит моя ведьмочка и, будто проверяя комплектность, шарит руками по груди и бедрам.
Все это как лекарство. Самое лучшее и самое приятное. От кайфа на миг забываю и о планах, и о коробочке. Я хочу Лизу до боли за грудиной. Но внезапная вспышка в голубых глазах мгновенно возвращает на землю.
— Боже... Шаталов! — Лиза сама вынимает футляр с кольцом и без разрешения раскрывает его.
— Черт. По плану все должно быть иначе.
Не знаю, чего хочется сильнее: убить смеющегося Хаванского или стукнуться головой о стену.
— Ты собирался... — Глаза Лизы становятся круглыми как блюдца.
— Я хочу, чтобы ты... — Набираю полную грудь воздуха. Несмотря на всю мою подготовку и два брака за плечами, фраза «вышла за меня замуж» застревает в горле.
— Ой... — Словно уже все услышала и приняла решение, Лиза резко бледнеет. Сует футляр мне в руки и, зажав ладонью рот, стремительно бежит в ванную.
Это происходит так быстро, что даже сказать ничего не успеваю . Стою столбом посреди гостиной, слушаю, как мою женщину выворачивает наружу. И чувствую себя уже не идиотом, а полноценным дебилом.
— Это она от счастья, наверное. — Хаванский не сдерживается, ржет в голос. И смотрит то на меня, то на дверь ванной.
