Заминовская решает сменить обстановку и прервать серию невзгод на работе. Ее предчувствие неожиданно ведет к дружественной, почти родственной атмосфере парковки — где она может отвлечься и расслабиться перед новой страницей жизни.
Впервые становится радостно, что сегодня ночую одна, и никто не заметит этой дивной красоты.
При Шаталове, наверное, пришлось бы закрываться в своей комнате и изображать последнюю заучку.
Я булькаю сдавленным кашлем от этой мысли. Старательно закукливаюсь в махровый халат, в котором Марк выносил меня вчера из душа. Но по пути в кухню застываю у дивана как вкопанная.
— И что на этот раз произошло? — раздается возле двери.
Щиплю себя за руку, чтобы проверить на галлюцинации. Однако, вместо того чтобы исчезнуть, моя галлюцинация подходит ближе и берет за подбородок.
— Тебя и на вечер оставить нельзя? — Теплые пальцы, ощупывая, скользят по губам. Поднимаются к вискам и убирают со лба спасительные пряди. — Впечатляет!"
"— Ты говорил, что исчезнешь на сутки. — Щеки вспыхивают. Я чувствую, как заливаюсь румянцем от макушки до самой груди.
— Ты из-за этого такая красивая?
Следом за лицом Марк осматривает мои руки и шею. Сквозь халат трогает плечи и спину. Мягко прикасается к животу и бедрам. Словно проверяет целостность и комплектность.
— А ты... ты из-за этого приехал раньше?
Нужно бежать от него, но не получается. Надо придумать хоть какое-то объяснение, но от радости в голове вязкая каша. Закрыв глаза, я верчусь в горячих руках. Как домашняя кошка, млею от редких прикосновений к коже.
Мы даже не в кровати, а так хорошо, что улыбка сама расползается по опухшему лицу.
— Отвечаешь вопросом на вопрос?
Ума не приложу, как Шаталов определяет, что со мной все в порядке. Облегчение на его лице настолько яркое, что не верю глазам.
— У меня очень хороший учитель.
Не выдержав, встаю на носочки. Еще два дня назад мне было бы страшно положить руки на его плечи. А сейчас даже не робею.
— Так что случилось?
Марка не нужно ни о чем просить. Он тут же впечатывает меня в свою грудь и подхватывает под ягодицы, задирая халат.
— Ничего... — Мотаю головой, шизея о того, как совпадают наши реакции.
Чтобы возбудиться, мне хватает пары секунд.
— Некислое такое ничего. Как с роем пчел познакомилась.
Мужские пальцы гладят сквозь белье. Чертят линии по швам, вдавливая ткань в нежные складки. Делают меня такой влажной, что сама начинаю подмахивать навстречу.
— Нет... — Глотаю стон. — С собой.
— Тогда понимаю. Забавный зверек. — Марк зубами оттягивает ворот халата, освобождая доступ к груди.
— Ты слишком много обо мне знаешь.
Хочу его безумно. Сильнее, чем в наш первый раз.
