Вдалеке шумят деревья, как будто призывая за кем-то оставить время. Княжество Воронцов в этом лесу — таинственный уголок, где солнце прячется за густыми листвами. Василий Андреевич, князь по прозванию Великий, шагает среди них, отгоняя сквозь плечи легкий ветерок, прежде чем дойти до своей убежища. Здесь есть то самое место — небольшая речка, которая заменяет ему летние купания....
Придав своему лицу приветливое выражение, Елизавета накинула на плечи пеньюар из тончайшего шелка, с отделкой из брюссельского кружева - невесомое творение известной французской модистки, и в таком виде прошествовала к покоям хозяина дома. Толкнув дверь его спальни, она вошла. Василий не спал. На туалетном столике в изящном серебряном подсвечнике горели три свечи, освещая спальню колеблющимся пламенем. Воронцов повернул голову на звук, открывшейся двери.
- Ваша светлость, Вы заблудились? – поинтересовался он голосом полным сарказма.
Елизавета Михайловна прекрасно уловила эти нотки, но предпочла сделать вид, что не поняла его иронию.
- Нет. Я соскучилась, - входя и закрывая за собой дверь, ответила княгиня, - Вы совсем перестали уделять мне внимание, - упрекнула она его с легкой полуулыбкой на нежных губах.
Воронцов вздохнул, и приподнявшись на локте, окинул ее взглядом с головы до ног.
- Иди ко мне, - позвал он.
Скинув невесомое одеяние, Елизавета преодолела разделявшее их расстояние, и скользнула в его объятья.
Княгиня раздраженно вздохнула. Как всегда осторожен. Вот если бы она зачала от него ребенка, было бы больше шансов выйти за него замуж.
Утром Василий проснулся рано. Даже не взглянув на спящую любовницу, он, стараясь не шуметь, оделся, и выйдя из дома, быстрым шагом направился к конюшне. Князь сам оседлал жеребца, и выехал из усадьбы, едва на горизонте показался краешек оранжевого диска солнца. Он снова направился к лесному пруду. Воронцов ждал. Он был уверен, что Софья снова появится здесь.
