В свете подъезда она видит свою яркую тень — копию себя, вырванную из реальности. Ненависть разъедает её изнутри, стыд пожирает. Но нет пути назад — впереди ожидает суровая правда. Смерть может спасти от унижения, но она борется за последний шанс восстановить свое достоинство....
Манто, туфли, чулки и перчатки мне нашлись уже как-то совсем между делом и отлично вписались в образ, а примчавшийся вместе с чемоданом украшений ювелир оказался таким шустрым седовласым дядечкой с длинными ловкими пальцами и языком без костей, что едва не уговорил меня стать его постоянной моделью на весь ближайший год. Тьфу-тьфу, вовремя сообразила, к чему он плавно ведет, и прямо сказала, что уже через месяц уезжаю на практику к демонам, так что никаких контрактов я с ним заключать не буду.
— Жаль, очень жаль, — буквально на секунду взгрустнул господин Типербусс, но тут же снова разулыбался и сунул мне за корсаж свою визитку, игриво подмигивая.
Мужчина ушел, оставив на мне не только свою визитку (фу, пошляк!), но и полноценный гарнитур из белого золота с сапфирами глубокого синего цвета (серьги, коле, браслет и дюжину шпилек), а мадам Пробранш, насмешливо фыркнув ему вслед что-то вроде «похабник», потянула меня в свой кабинет.
Как оказалось: обсудить завтрашний день и то, в котором часу она пришлет ко мне наряды с украшениями и своих мастериц, которые наведут на меня окончательный лоск.
Отказаться? Даже и не подумала! Да, я могла сама и накраситься, и уложить волосы в прическу, но зачем себя утруждать, если это сделают другие люди? К тому же настоящие мастера своего дела.
Ну и ноготочки заодно подправят.
Договорились мы и о том, что вернуть я должна лишь украшения, а одежду могу с чистой совестью оставить себе, в качестве платы за показ. Возражать? Даже не собиралась! Тем более мадам могла себе это позволить, а я в принципе не отличалась расточительством. И всё, что моё — то моё!
Спросила она и о том, с кем я пойду на премьеру, но этот момент я предпочла оставить не раскрытым, прекрасно понимая, что всего лишь пожилая некрасивая домохозяйка — не тот ответ, который ожидает услышатьмадам.
Стыдно ли мне? Ничуть. Это логика. Мадам из тех леди, которые ценят лишь шик и красоту, ну и иногда позволяют себе какую-нибудь блажь вроде меня, но в её понимании я могу явиться на главное представление года лишь под руку как минимум с принцем. На худой конец с герцогом.
Одна беда, принцу всего девять лет, а трем герцогам нашей страны уже за пятьдесят и все они женаты.
Ну да не моя печаль, меня саму более чем устроит общество миссис Муариф.
