В отдаленном Центре управления нации царь обсуждает важные магические вопросы с преданными ближним кругом. Вскоре после полудня закончилась встреча, где обсудили восстановление институтов, политическую ситуацию и помощь странам, но отношения по-прежнему натянуты.
— Н-да… Вот тебе и самый сильный маг в истории… — вздохнула Лора.
Пока все были в доме, я прошел к бане. Даже по прошествии стольких лет, все осталось добротным. Владимир умел строить. Хотя Лора подметила легкий эффект магии. Даже спустя столько времени.
Я набрал Надю.
— Мы посмотрели местность, — сухо сказал я. — Откуда она у Фанерова?
— Эм… Я не знаю. Это же просто свадебный подарок. А что, там что-то есть?
— Да, — вздохнул я, заходя внутрь бани. — Много чего. Очень много…
— Ну расскажи!
В предбаннике на окошке я увидел крохотные каменные фигурки коней.
— Пока нечего рассказывать, — соврал я. — Так как это было просто невероятно.
Но у меня сразу возникла куча вопросов к остальным членам отряда Кузнецова. И в частности, я хочу спросить ту, что живет теперь у меня.
Мы еще час потусовались в доме и его окрестностях и вернулись к машине.
Всю дорогу девушки и Богдан обсуждали поездку.
Вернувшись домой, я первым делом решил сразу расставить все точки над «ё».
— Миша, а когда мы поедем в город? — спросила Андромеда от лица всех девушек.
— А сколько вам надо времени на подготовку?
— Ой, минут десять!
И девушки убежали к себе в комнаты переодеваться. А я пошел искать Люсю.
Женщина сидела на крытой террасе с Никанором и попивала из рюмочек настойку.
— О, ваша светлость, — обрадовался начальник деревни. — Ну-ка, продегустируйте?
Я выпил рюмку залпом.
Ну а что? Нервы! Я только что узнал очень интересную новость.
— Люся, можно вас на минутку? — вежливо поклонился я.
— Ох, разумеется, — у нее уже были слегка красные щеки. Видимо, Никаноровы напитки хорошие.
Напоследок я прошептал старику:
— Отложите мне пару бутылок. Есть люди, кто очень обрадуются домашним настойкам.
Мы прошли с Люсей в беседку. И я не стал ходить вокруг да около и сразу перешел к делу.
— Богдан и Любавка — это дети Владимира Кузнецова.
Она как-то быстро поменялась в лице и опустила глаза.
— Что ты знаешь?
— Многое, — кивнул я. — Про Милу, и то, что ты ее сестра. Про то, как Любавка стала такой и что случилось с Богданом. И я хочу знать, что произошло потом? Почему ты не спасла Любавку, когда ее схватили? Почему она жила одна?
— Подожди, молодой Кузнецов, — она подняла руку. — Слишком много вопросов.
— Хорошо. Начнем по порядку.
