Автор
В зимних сумерках тихий голос воскрешает давнюю ненависть к холоду. В маленьком, уютном кабинете с пастельными стенами и абстрактными картинами Татьяна Ивановна вызывает на разговор забытую девочку. Здесь нет меланхолии — лишь понимание и тепло, где открывается мир душевных секретов....
— Та-ся! — тянет он, криво ухмыляясь. — Вот так сюрприз!
Стоя передо мной в одном нижнем белье, Ар театрально потягивается, а мои щёки моментально заливает краска стыда.
— Я … Я в другой раз зайду… — растерянно бормочу и старательно отвожу взгляд. И чем я только думала, когда стучалась в спальню к парню?!
— Не стоит откладывать на потом то, что можно обсудить прямо сейчас. — Турчин хитрым лисом подкрадывается ближе. — Правда, Тася? — шепчет на ухо.
И пока я гоню прочь нервные мурашки, иголками пробегающие по коже, Ар подцепляет мою футболку за край и тянет меня за собой в своё царство, бесцеремонно запирая за моей спиной дверь на ключ.
Я прихожу в себя слишком поздно. Бросаюсь к двери, но сколько ни дёргаю ручку, всё бесполезно. Я взаперти, наедине с монстром. Но самое страшное — я пришла сюда по доброй воле.
— Открой эту чёртову дверь! — кричу, не оставляя попыток сбежать.
— Что? Совсем не задержишься? — язвит Турчин, вертя на указательном пальце связку ключей. — А я думал, ты пришла вернуть должок.
— Просто открой! — прошу чуть тише, ибо злить Арика не в моих интересах. — Мне нечем тебя обрадовать! Ничего нового я не узнала!
— Жаль, — с нескрываемым разочарованием в голосе произносит он и даже на мгновение сникает в своём злорадстве, но уже через минуту приходит в форму.
— Нужен ключ? — Он нахально ведёт бровью. — Так забери!
Губы Турчина растягиваются в наглой улыбке. И пока я в замешательстве хлопаю глазами, засранец засовывает связку с ключами под резинку своих боксеров и, играя упругими мышцами, противно хохочет.
— Совсем чокнутый?! — злюсь, обхватив себя за плечи: от одной только мысли, что мне придётся прикоснуться к парню, становится тошно, несмотря на все его идеальные формы и неземную красоту.
Я ненавижу Турчина! Сейчас осознаю это особенно остро! Если бы не он, не его дурацкие требования, в моей душе не разгорелся бы костёр под названием «Гера», меня бы не терзали угрызения совести и не сводили с ума детские воспоминания.
— Жаль, Ника не знает, какой ты гад! — бросаю в сердцах, не ожидая ответа. Да и что может сказать в своё оправдание Арик? Только рассмеяться в очередной раз? Оскорбить?
— Плевать я на неё хотел! — выбивая почву у меня из-под ног, признаётся Турчин. — Твоя сестра лишь симпатичный пропуск в ваш дом, не более того. Не будет её — найду другой способ отравлять жизнь Савицкому.
