Автор
Внутренний мир главной героини напряженно рвется наружу. Сердце Кузнецовой переворачивается в груди при виде старшей по классу матери, что делает ее чувствовать себя неловко и брошенной. Прерывистое мямление мамы в оправдание не помогает скрыть обиду от сына, а тот стесняется выразить свои чувства резкими словами. В ушах девушки звучит только тихий голос разума, призывая ее оставаться спокойной и не сбрасывать маски в присутствии родителей....
— Люблю тебя, Республика.
— А я тебя, — все еще тихонько всхлипывая, прогундосила Доминика. — Я в таком шоке! Приятном, конечно. Но как-то… Меня трясет! Так сильно трясет, Серж… Это какое-то нереальное чудо! Меня так кроет… Не передать словами, — с дрожью в голосе перевела дыхание. — Не могу к нему прикоснуться. К животу… Словно боюсь навредить ему. Спугнуть. Представляешь? Это, наверное, очень глупо…
— Нет, не глупо.
Градского буквально с головой накрыло это ее волнение. To, что Доминика называла чудом, в его слаженном и простом понимании мира впервые ощущалось чем-то абсолютно феноменальным.
""Г*осподи, неужели это правда?""
— Серёжа… Ты меня всегда-всегда любить будешь?
— Буду, — коротко, но твердо заверил он.
Лицо девушки просветлело. Шмыгнув носом, она вроде как собралась с силами и начала мыслить относительно здраво.
— Ладно, надо собираться на работу. А то я еще в пижаме. Едва заставила себя сегодня подняться с постели.
— Хотел, чтобы отдохнула.
— У тебя все нормально, да? Тебе идти нужно, да? — окончательно пришла в норму Плюшка. — Ой, Сережа, ты такой красивый в форме! Дай рассмотреть.
Градский хмуро свел брови. Оглянулся по сторонам. Если бы не ее горящие глаза и милый голосок — ни за что на свете! Да и слышал где-то, беременным отказывать нельзя.
Вытягивая руку с телефоном над головой, рассек воздух несколько раз из стороны в сторону.
Доминика счастливо вздохнула и послала ему воздушный поцелуй.
— Ты чего такой злой, господин старший оперуполномоченный?
— Если меня кто-то из сотрудников увидит, ты поплатишься, Плюшка.
— Обязательно! Люблю тебя, Серёжа! Ты — красавчик. Мой! Град-Град? — зачастила, словно занервничала, что он отключится. — Хорошего тебе дня! До вечера, мой герой!
— Заеду за тобой в универ. У тебя же восьмая последняя, да?
— Ага. Буду тебя ждать!
Заплаканная, но улыбающаяся Плюшка сложила у груди сердце из пальцев и отключилась.
"А у Градского ноги занемели. Все тело одеревенело. Не знал, как начать двигаться? Как вернутся назад в зал? Как дожить этот день до вечера?
[1] Гимн Украины, слова Павла Чубинского.
35.2
Вечером во дворе университета было немноголюдно. За полчаса от входной двери к воротам пробежало с десяток человек. Ника по телефону отчиталась всего пару минут назад: спускалась со второго этажа.
Градский покинул салон.
