Автор
В памяти главной героини хранится только одно имя - Ян. Она пожалела, что до сих пор помнит его имя, и не может забыть, когда оно стало общим для двоих. Пролог открывает мир героини: она приехала посмотреть на себя через другого человека — но чем больше рассказывает Шахову о себе, тем слабее становится. В этой истории любовь переплетается с нежданными переменами и глубоким чувством собственной неясности в жизни....
– Прогуляемся?"
"Мы неспешно идем по вечернему городу, наплевав на октябрьскую непогоду. Какое-то время Филатов молчит, а я не смею начать разговор первой. Просто жду. Но в печальном свете фонарей беседа никак не клеится.
– Что с тобой? – спрашиваю, когда молчание становится слишком тяжелым.
– Прости, Даян, просто не получается, – выдыхает Сашка и задирает нос к небу. – Правду тебе открыть не получается. Сорвался-приехал, а толку? Думал, расскажу тебе все с ходу, а видишь, смелости не хватает!
– О чем ты, Филатов? – я от прошлой порции правды не пришла в себя.
– Даян, я… – Фил явно подбирает слова, но те врассыпную убегают от парня. Он треплет себя по волосам и совершенно точно волнуется.
– Тогда давай, я скажу, – резко останавливаюсь и дергаю Фила на себя. Я не знаю, что там за правда такая, но раз она дается парню так сложно, значит, ему не все равно. И мне не все равно! За это время Филатов стал для меня настоящим другом, и потерять его я не хочу! А то, что чертова правда все только усложнит, чувствую сердцем.
– Спасибо тебе, – получается негромко. Голос тонет в гулком шуме дороги, а Филатов снова смотрит мимо.
– Спасибо тебе, – повторяю громче, цепляясь за куртку на его груди. Сашка вздрагивает и тут же переводит взгляд на меня. – Спасибо, что помогаешь! Что заботишься! Что тебе не все равно! Я честно не представляю, как жила бы все это время без тебя.
Мимо проносятся одинокие автомобили, а дождь россыпью алмазной пыли сверкает на волосах и лице Фила.
– Глупости это все, – начинает спорить, только я не даю.
Мимолетным поцелуем касаюсь его губ, закрывая те на замок. Я не хочу больше никакой правды, да и Филатов, уверена, забывает, что хотел сказать. Наш поцелуй на грани дружеского, но чуть больше. Нежный, недолгий, поверхностный. Я даже не понимаю, для чего он был нужен, но совершенно не испытываю стыда! Впрочем, желания углубить поцелуй тоже.
– Хм, – грустно улыбнувшись, Филатов сверлит меня взглядом.
– В чем? – и все же неловкость дает о себе знать пылающими огнем щеками.
– Что я не он, – хмыкает парень.
– Прости, – моя очередь прикрывать глаза. – Я не знаю, что на меня нашло.
Мне хочется верить, что мы оба чувствуем: это – не то. Не для нас. Не про нас. Мы с Филом друзья. Не больше! Хотя взгляд Филатова сейчас гораздо пронзительнее и нежнее, чем просто дружеский.
– Все нормально, Даян.
