Автор
В памяти главной героини хранится только одно имя - Ян. Она пожалела, что до сих пор помнит его имя, и не может забыть, когда оно стало общим для двоих. Пролог открывает мир героини: она приехала посмотреть на себя через другого человека — но чем больше рассказывает Шахову о себе, тем слабее становится. В этой истории любовь переплетается с нежданными переменами и глубоким чувством собственной неясности в жизни....
– По коридору налево…
– Ага, спасибо! – на ходу натягиваю бестолковые бахилы."
"– Да погоди ты, прыткий! – кричит тётка в спину. – По коридору налево – лифт. На третий поднимайся…
Но я не слышу. Ничего не слышу. Возле окна замечаю полупрозрачный силуэт Яны и замираю. Девчонка стоит ко мне спиной и тонкими пальчиками сжимает край видавшего виды подоконника.
Мне потребовалось несколько часов, чтобы найти адвоката и доехать до этой забытой богом больницы в соседней области. Не знаю, что делал в этих краях Фил и тем более не верю в то, что произошло, но сейчас единственное, что хочу, – это обнять свою Янку и пообещать ей, что всё будет хорошо.
– Даяна, – зову тихо, чтоб не спугнуть.
– Ты приехал? – она мгновенно оборачивается. Губы поджаты, глаза – красные от слёз и наполнены страхом. Моя девочка переживает в этих стенах не только за Фила, но и едва совладает с собственными монстрами, что сейчас лезут в её душу из прошлого.
– Я не верю! – бормочет еле живым голосом.
Позабыв про обиды и дурацкую правду, Яна срывается с места и сама подходит ближе, а я без лишних слов прижимаю её к себе.
– Мы во всём разберёмся, Янка! Клянусь!
Её всхлипывания разрывают душу, а боль, так некстати смешавшись с собственными переживаниями прошлого, отдаётся громовыми раскатами по телу.
– Как ты? – ладонями убираю с родного лица спутанные пряди волос.
– Мне страшно, – признаётся робко, шмыгая носом, и беспомощным котёнком жмётся к моей груди.
– Не бойся! – как же мне хочется забрать её страхи себе. – Он жив! Это главное! А с остальным разберёмся! Веришь?
Яна несмело кивает, а я опасаюсь её задушить, всё сильнее и сильнее прижимая к себе.
– Ты видела его? – спрашиваю спустя несколько минут, когда дыхание девчонки немного выравнивается.
– Да, мельком, – бормочет в моё плечо. – Я врачам сказала, что его невеста. Они пустили, но Сашка без сознания тогда ещё был.
Даяна снова сотрясается в плаче, а я, чтобы хоть немного её успокоить, как маленькую, начинаю гладить по голове, обещая сделать всё возможное. Мне и самому не верится в то, что рассказал адвокат. Филатов потерял отца в автокатастрофе и ни за что не сел бы пьяным за руль, да и его осторожной манере вождения мог бы позавидовать любой.
