Автор
В памяти главной героини хранится только одно имя - Ян. Она пожалела, что до сих пор помнит его имя, и не может забыть, когда оно стало общим для двоих. Пролог открывает мир героини: она приехала посмотреть на себя через другого человека — но чем больше рассказывает Шахову о себе, тем слабее становится. В этой истории любовь переплетается с нежданными переменами и глубоким чувством собственной неясности в жизни....
Долбанная безысходность! Долгие годы я верил в ложь и оберегал Даяну от страданий, а теперь своими руками вынужден смотреть, как умирает наша любовь! Да только выбора у меня нет!"
"Развернуться, прижать к груди свою девочку и никогда не отпускать – это всё, чего сейчас хочу! Сказать ей правду, а после наспех собраться и уехать на другой край земли! Всё забыть! Простить! Начать сначала! Быть счастливым! Быть рядом с ней! Уверен, что смогу защитить Янку, спрятать от грязных лап Шахова и вновь научить улыбаться! Но уехать сейчас – сломать жизнь Филатову.
Да и Даяне знать о результатах анализа не нужно! По крайней мере, пока. Я не хочу истерик, лишних слёз и упрёков, её пустых надежд и наивных просьб! Я слишком повязан обстоятельствами, чтобы хоть что-то изменить, а значит, пусть всё остаётся как есть.
И всё же чертовски больно! За Даяну, такую хрупкую и отважную, за наше прошлое, за будущее, которого больше нет!
– Яник, – нежный голос девчонки вырывает из раздумий.– Помнишь, раньше, когда мне становилось грустно, ты хватал меня за руку и тащил к себе домой?
– Ты садилась на банкетку к фортепьяно и раскручивалась, стараясь удержать равновесие
– А ты ворчал.
– Нет, – мне удаётся улыбнуться. – Я призывал тебя к порядку.
– А потом играл…
– Да…
– Дебюсси.
– «Лунный свет».
– Мне сейчас очень грустно, Ян!
Глубокий вдох, и я поворачиваюсь к моей малышке. Видеть её такой невыносимо! Глаза красные, щёки влажные от слёз, спутанные волосы прилипают к лицу. Даяна смотрит на меня с непередаваемой тоской, от которой всё внутри моментально превращается в безжизненный пепел.
Я беру Яну за руку, такую тонкую и невесомую, что ненароком боюсь причинить боль, сжав чуть сильнее допустимого.
Мои пальцы на клавишах, в её глазах – слёзы.
