Автор
В памяти главной героини хранится только одно имя - Ян. Она пожалела, что до сих пор помнит его имя, и не может забыть, когда оно стало общим для двоих. Пролог открывает мир героини: она приехала посмотреть на себя через другого человека — но чем больше рассказывает Шахову о себе, тем слабее становится. В этой истории любовь переплетается с нежданными переменами и глубоким чувством собственной неясности в жизни....
Взъерошенный, нахохлившийся, он напоминает мне гордого воробышка. – Всё готово! Пошлите докажем всем, что круче нас только горы!
Наше с Филом выступление проходит на ура: я умудряюсь ни разу не сбиться, а Саша с лёгкостью отвечает на каверзные вопросы собравшихся. Вот что значит хорошая подготовка!
– У тебя мобильный на сироп исходит, – ворчит Гоша и тут же суёт мне в руки мой же без умолку вибрирующий смартфон. – Фил, восьмой слайд заело, заметил? Говорил же, что слишком вы утяжелили его картинками.
– Нормально всё, Гошаня, – отмахивается Фил. – Отстрелялись и ладно! Всё равно никто твой слайд не заметил. Даяна, всё нормально? На тебе лица нет!
– Я, кажется, соседей затопила, – испуганно сообщаю то, о чём только что мне в весьма грубой форме проорали из динамика телефона. – Точнее, продолжаю топить. Мне нужно домой.
– Поехали скорее, горе ты луковое!
Не успевает Филатов затормозить возле моего подъезда, как оголтелая я выскакиваю под дождь и несусь к себе, словно минута-другая способны предотвратить потоп.
"– Явилась, дрянь ты такая! – причитает пожилая женщина во фланелевом халате в голубой цветочек, пуская взглядом молнии в мою сторону. – Вот же свалилась на мою седую голову безмозглая девица! Месяца не прошло, как потолок побелила, и всё коту под хвост! Откуда ты такая, бедовая, взялась только?
– Простите! – бормочу, виновато потупив взор.
– Чего стоишь – глазёнками хлопаешь? Дверь открывай, ворона ты этакая!– машет руками соседка.
– Ага, – растерянно киваю и резко стаскиваю с плеча рюкзак. Вот только нащупать брелок никак не получается. Под взором старой грымзы, руки совершенно не хотят меня слушаться, да и ключи боязливо ускользают.
– Шевелись, милая! Шевелись! Пока ты резину тянешь, счёт за ремонт растёт в геометрической прогрессии, – неужели она не понимает, что от её панических нападок в мою сторону, я начинаю соображать всё хуже и хуже. – Благодари Бога, что слесарь задерживается, а то вынесли бы уже твою дверь к чертям собачьим!
– Я сейчас. Сейчас. Просто утром воды не было, – проклятые слёзы щекочут горло. – Видимо, кран не закрыла.
