Автор
В бесконечном мире Японии осени цивилизация двигается словно гигантская пчела, собирая материалы для станций как будто не торопясь. Без угля или ископаемых - всё налажено так, что поломка не страшна, а ресурсы технологий расходуются медлено, как листья под солнцем. В этом мире все делается спокойно и планомерно, без rush — строительная бригада соберется, корабль запустится, и всё будет готово к следующей задаче почти автоматически....
Беда в том, что места в шалаше хватало всего на двух человек, и то оба должны были скрючиться и сложиться вдвое.
Все попытки рабочих возмутиться тем, что они из-за этой парочки, умудрившейся записаться в экспедицию без медицинской капсулы, должны жертвовать чем-то там, что существует как ценность исключительно в головах этих рабочих, я отметал сразу, не давая недовольству разрастись. Потому что я уже начинал осознавать, что недовольство лучше гасить в зародыше. Не успел — лови пожар народного гнева.
И я прекрасно понимал, о чём толкуют эти люди. Хотя и делал вид, что не понимаю. Да, по-хорошему, надо было сказать рабочему и Муравью, что они сами себе злобные буратины, раз так глупо рисковали. А потому, мол, и все последствия пускай пожинают сами.
Однако в Алтарном не миллион человек населения, чтобы налево и направо жертвовать крепкими рабочими руками. А все мещанские чувства зависти и обиды стоило оставить немного в стороне.
Остатки древесины, которая в будущем могла стать деталями дозорной вышкой, пустили на оружие.
А вот что было плохо — так это тот печальный факт, что не хватило материала на какое-никакое заграждение.
Люди пытались спать. Наши ребята, вооружённые арбалетами, дремали вполглаза, а рабочие честно лежали в обнимку с копьями.
Я даже не пытался уснуть. Как закрывал глаза, сразу вспоминал развешанные на сухих ветвях кишки… И почему-то начинал думать, что если усну, то проснусь и свои вот так увижу.
Впрочем, я такой, кто даже не пытался поспать, был не один. Некоторые жались поближе к центру лагеря, а кто похрабрее — расселись у костров, разожжённых по периметру.
— Может, эта тварь наелась и ушла? — спросил Трибэ, ни к кому конкретно не обращаясь.
