Автор
Настя на кухне, нежно прихорашивает еду, а под колёсами любви — другая жизнь. Колеса несут нас далеко от скуки, как и тот разговор, который Ева дала Адаму, открывшись миру чувств. Встреча двух существ на грани счастья и страдания.
— Гриша!
— Не переживай, это была очень короткая речь с просьбой подождать минут тридцать. Я бы тебя все равно догнал и вернул.
— Обещаешь?
— Что?
— Что всегда меня догонишь и вернешь.
— Обещаю.
Яра почти невесомо коснулась его губ губами, потерлась носом о нос.
И упала спиной на кровать.
— Уф… Что-то я устала. Предлагаю перейти к первой брачной ночи… О боги! Ты видел?!
— Что?!
— Размер паутины на люстре.
Григорий рассмеялся. Это определенно было именно тем, что нужно обсуждать в первую брачную ночь.
— Почему мы не замечали ее раньше? — удивилась Яра.
— Мне кажется, с утра ее еще не было.
— Интересно, с какой скоростью паук плетет паутину? Подожди, сейчас посмотрю.
Она нашарила на тумбочке сотовый и открыла браузер. А Григорий, поуютнее устроившись на кровати, внезапно понял, что очень устал и что глаза слипаются сами собой. И даже мысль о том, что надо бы раздеться, вселяла в него ужас.
— Яр, — сонно протянул он, — а можно ты не будешь сейчас заставлять меня заниматься с тобой сексом?
Яра бросила на него тяжелый взгляд, потом вздохнула.
— Не буду. Еще днем планировала, но сейчас сил нет никаких. О, смотри, тут написано, что на построение ловчей сети среднего размера у паука уходит примерно полчаса. То есть утром ее реально могло еще не быть.
Она снова взглянула на люстру, потом вздрогнула и вскочила с кровати.
— Ты куда? — нахмурился Грач.
— За тряпкой, не смогу так спать, — донеслось из коридора.
Вернулась она и правда с тряпкой. Залезла на кровать и, вытянувшись в струну, попыталась достать до паутины.
— Яр, — позвал Григорий. — Я люблю тебя.
— И я тебя… — рассеянно отозвалась она, полностью поглощенная своим занятием.
Потом подпрыгнула на кровати, пытаясь протереть за плафоном. И ещё раз. Из одежды на ней все также были только белые трусики и обручальное кольцо. И созерцая эту чудесную картину сквозь полуприкрытые веки, уже придремав, Грач вдруг подумал, что как-то так всегда и представлял идеальную семейную жизнь.
— Гриша… — вдруг с ужасом прошептала Яра, остановившись. Посмотрела на него и гулко сглотнула. — А как думаешь, я же не могла смахнуть паука на кровать? А то что-то его там нет…
А сексом они потом все-таки занялись. Рано-рано утром. И даже не сексом — любовью. Ибо с полным осознанием нового статуса. И это было круто.
Пена дней. Пузырь пятый.
