Автор
Настя на кухне, нежно прихорашивает еду, а под колёсами любви — другая жизнь. Колеса несут нас далеко от скуки, как и тот разговор, который Ева дала Адаму, открывшись миру чувств. Встреча двух существ на грани счастья и страдания.
— Яр, так что насчет секса?
***
— Дочь, у меня только два вопроса. Первый: у вас все снова нормально? Я видела в глазок, как вы целовались на площадке.
— Да, твои методы как всегда работают. У нас все хорошо. На следующей неделе в театр идем. Второй раз в этом месяце.
— Отлично. Вопрос второй: почему у моего зятя синяк под глазом?
— А это, мама, я высекала искру. И знаешь, тоже успешно. Мам, а ты как думаешь, на витрине свадебного салона должны быть мужские манекены?
_________________________________________________
* К.
Пена дней. Пузырь седьмой.
День рождения Финиста по традиции отмечали в Тридевятом."
"Только в этот раз отец Яры никого из друзей в гости звать не стал. Захотел праздника в узком семейном кругу. Узкий семейный круг включил в себя восемнадцать человек: сам Финист, Настя, трое старших братьев Яры, жена Светозара — Несмеяна, десять их детей из одиннадцати (старшая дочь Светозара была замужем и жила далеко), и сама Яра. Да не одна, а с Григорием.
Григорий был тут во второй раз, — в первый знакомился с ее семьей после их свадьбы, — но как и в прошлый раз сразу пришелся к месту.
— Хватятся, — выдохнула Яра между поцелуями.
Мама-то может все поймет и не пойдет искать, а вот отец не преминет спросить, куда она запропастилась.
— Еще минуту…
В кладовке было тесно, сумрачно и прохладно, пахло травами, чесноком и прочей снедью, в спину упиралась деревянная полка.
Это было весело и совсем чуть-чуть страшно.
Это было здорово.
Но через минуту Гриша, как и обещал, отстранился и стал поправлять на ней рубаху, косынку и сарафан.
Уф, теперь надо было надеяться, что ее не выдадут опухшие губы да горящий взгляд.
— Пошли сегодня спать на сеновал, — предложила Яра.
Замерла, ожидая ответ.
