Автор
Настя на кухне, нежно прихорашивает еду, а под колёсами любви — другая жизнь. Колеса несут нас далеко от скуки, как и тот разговор, который Ева дала Адаму, открывшись миру чувств. Встреча двух существ на грани счастья и страдания.
Она разглядывала облака за иллюминатором и понимала, что впервые за последние годы боится о чем-то ему рассказать. Потому что вполне могла предсказать реакцию: он не обрадуется. Да, он будет ею гордиться. Но переехать в другой город… Нет. Скорее всего эта идея повергнет его в ужас.
Яра сошла с трапа и вошла в автобус, так ничего и не придумав. Но облегчение все-таки пришло. Она была почти дома. А значит, родные рядом. Как-нибудь да скажет, что-нибудь да решат.
Гриша с Майей, как и обещали, встретили ее у дверей терминала.
— Привет, — улыбнулся Гриша и обнял ее, Яра прижалась в ответ. — Как добралась?
— Хорошо, — она поцеловала мужа в щеку, оторвалась от него и подхватила на руки дочь. — Маюшенька, здравствуй. Соскучилась по тебе… Какая у тебя прическа интересная. Это папа тебя заплел, да?
Майя важно подтвердила, Яра сдержала смех.
— Не смей, — прошептал Гриша.
— Ну что ты, — подвигала бровями она, — ты совершенствуешься.
В машине Майя немедленно потребовала подарок. Яра достала из сумки тряпичную авторскую куклу.
— Держи, солнышко мое. Смотри, у нее ножки и ручки двигаются, и есть еще два платья. Вот. Играй. А это тебе, любимый.
Гриша открыл протянутую коробочку и присвистнул.
— Ты с ума сошла.
— Для тебя ничего не жалко.
— Красота какая.
На красной бархатной подложке лежали часы фирмы «Ракета».
— Что-то ты расщедрилась. День рождение у меня в марте.
— Заслужил, — улыбнулась она и погладила его по голове, искренняя радость мужа была приятна. — Будто я не знаю, как нелегко сидеть с нашей девочкой.
— Отлично мы сидели…
Яра откинулась на спинку сидения.
— Все, ребят, поехали, я домой хочу.
Она решила поговорить с Гришей вечером, перед сном, но пока ждала, когда он уложит Майю и примет душ, прикрыла на минутку глаза и заснула."
"Утром муж разбудил ее аккуратным поцелуем.
— Я Майю пораньше в садик отвел, — прошептал Гриша. — У нас с тобой час до выхода. Давай побудем вдвоем.
Яра приоткрыла глаза. Гриша сидел на корточках перед кроватью. Он был одет и от него пахло влагой.
— Джинсы сними и залезай ко мне, — зевнула она. — И, Гриш, нам надо поговорить.
Он нахмурился. Как и любой мужчина он не очень-то любил подобные фразы.
— У нас с тобой все в порядке, — уверила его Яра. — Гриш, мне работу предложили. В Петербурге. Это «Черный апельсин».
