Автор
Весна вернулась, настроение звери. После дождя выдалась ясная ночь с заревом над городом. Палатка Тома и его друзей освещена светом луны, рядом тихо шумит шоссе, вдали мерцают огни Чикаго. Ущелье поднимается за ними к громадам отелей, заря приближается с полнотой мечты и тревоги....
Над железными прутьями была прикреплена выщербленная деревянная дощечка с выцветшей красной надписью: «ЧУДО ПРИРОДЫ — ЧЕЛОВЕК-АКУЛА!» Перед клеткой согнулись двое служителей, стараясь удержать что-то длинное и темное с тремя когтистыми пальцами.
При виде этого зрелища Макинтош застыл как вкопанный."
"— О боже! Что это такое?
— Это... тот самый источник молекул.
Люк догадывался, о чем сейчас думает Макинтош. Человек-акула? Эта рука вообще не может принадлежать человеку. Должно быть, это фальшивка, мускулистый фигляр в резиновом костюме и в перчатках с когтями.
Именно так подумал сам Люк, когда впервые увидел существо, скрючившееся за решеткой. Но оно оказалось настоящим. Темная змеиная кожа кровоточила от укола, когти на концах толстых пальцев были остры и смертоносны.
Однако Люк с огорчением отметил, что сегодня потребовалось лишь двое служителей, чтобы удержать руку чудовища. Эти совершенно одинаковые парни, в которых было что-то волчье, выглядели еще более странно, чем Пратер, — мускулистые кряжистые мужики с коротко стриженными головами без шеи, большими квадратными зубами, крохотными ушами и темными, глубоко посаженными глазами.
Всмотревшись в темноту клетки, Люк сумел разглядеть там лишь темное пятно. Однако и без того было ясно, что существо умирает. Вначале он не был в этом уверен, но с каждым посещением становилось все яснее, что оно долго не протянет.
И что тогда?
Резкое снижение денежных поступлений еще не самая большая проблема.
Усилием воли Люк подавил приступ тошноты, подкатившей к горлу, и вынул из кармана пальто набор инструментов для забора крови.
— Это что, розыгрыш? — спросил Макинтош.
— Нет, Том, это не розыгрыш, — покачал головой Люк, вдруг почувствовав страшную усталость.
Он вынул двойную флеботомическую иглу восемнадцатого калибра и вставил в пластиковую трубку; держа наготове две пробирки, приблизился к странной руке.
— Ч-что ты делаешь? — заикаясь, спросил Макинтош.
— А что, разве не видно? Собираюсь взять у него пробу крови.
Отвратительный запах чудовища смешивался с запахом псины, исходившим от служителей. Люк опять почувствовал тошноту. Стараясь не дышать, он зажал липкую вену между пальцами и проткнул иглой шершавую кожу, похожую на наждачную бумагу.
