Ящик с проклятием — это напряженное приключение в ущербленном лесу, где каждый дерево и камень несет тайны прошлого. В сердце этого места стучит древнее проклятие, которое начинает разрушать людей вокруг. История оставляет тебя на грани между реальностью и предчувствием страшного будущего, как в рассказах Стивена Кинга....
Мой отец в отъезде…
– К тебе домой? – вместе спросили Дэниелс и Сеп.
Хулиган ткнул Сепа локтем в рёбра, но Септембер схватил его за руку и удержал.
– Я не поеду к вам на ферму, – заявил Дэниелс. – Подбрось меня домой.
– Как будто я подпущу тебя к своему жилищу, – сказала Лэмб, с отвращением взглянув на него в зеркало. – И такси я тоже не подрабатываю. Я отвезу тебя в город. Ты действительно ничего не понял, да? Ты для нас пустое место.
– Ладно, Большая Птица, почему бы не…
– Заткнись, ДЭНИЕЛС! – хором крикнули ребята.
Между пятёркой возникла какая-то хрупкая связь. Сеп глубоко вздохнул. Что-то случилось, когда Лэмб сказала «для нас». Словно вокруг него вырос ещё один слой кожи.
Ошеломлённый и притихший Дэниелс моргнул.
– Мне же надо на работу. Меня ждёт Марио, – вспомнил Сеп.
– Ты не можешь продавать пиццу сразу после битвы с куклой-зомби, – заявил Аркл. – Это недопустимо даже с точки зрения гигиены.
– Я знаю, что не могу! Но если не приду, Марио может позвонить в полицию или вроде того. Или моей маме.
– Просто скажи ему, что заболел, – предложила Лэмб.
– Врать ему? – переспросил он. – Я никогда…
– Да! Господи Иисусе, Сеп!
– Тогда высади меня за магазинами. Знаешь, рядом с кладбищем?
– Да, я знаю, где кладбище, – едва слышно сказала Лэмб.
Она провезла их по переулку под иву. Затем повернула ключ, грузовик вздрогнул и замер.
Мгновенно наступила тишина. Ветви ивы образовывали вокруг фургона небольшой кокон, наверху щебетали птицы, внизу плясали пятна солнечного света. Ветер разносил по воздуху высокие голоса детей, играющих на пляже, – и в этот момент лес и кукла показались чем-то далёким, из другого мира.
Что-то упало на крышу.
– Ладно, клоуны, несёте тут всякое дерьмо, – начал Дэниелс. – Я сваливаю.
Ещё один удар по крыше, за которым последовало царапанье когтями о краску.
– Что это было? – спросил Дэниелс.
– Иди, крутой парень, – сказал Сеп, глядя на покрытое засохшей кровью ухо Дэниелса.
– Ага, – подхватила Лэмб, – сейчас же вылезай, или я тебя ударю по самому интересному.
– Я тебя не боюсь, – заявил Дэниелс. – Ты не можешь…
– А я боюсь, – перебил Аркл. – Но мне это вроде как даже нравится.
Раздался ещё один удар, на этот раз по капоту. К лобовому стеклу прыгнула ворона.
«У неё что-то в глазу, – подумал Сеп, – что-то тёмное и блестящее».
Губы Дэниелса сжались.
