Ящик с проклятием — это напряженное приключение в ущербленном лесу, где каждый дерево и камень несет тайны прошлого. В сердце этого места стучит древнее проклятие, которое начинает разрушать людей вокруг. История оставляет тебя на грани между реальностью и предчувствием страшного будущего, как в рассказах Стивена Кинга....
– Все твои предки избежали автомобильных аварий, войн, болезней и… саблезубых тигров! И у них родились именно те дети, которые нужны, чтобы ты появился на свет, потому что они были твоими бабушкой и дедушкой и прапрапрапрадедушками. Представь, если бы твой древний пращур поскользнулся где-нибудь не вовремя и упал со скалы – всех его детей и детей их детей никогда бы не было.
Она склонила голову набок и посмотрела на небо позади Сепа, представив комету, несущуюся сквозь космос.
– Мы все – маленькие чудеса, – сказала Хэдли, – всё в нас – наши глупые привычки, наши шутки и наши странные лица – собрано на вращающемся шаре, который находится на идеальном расстоянии от Солнца.
Хэдли снова улыбнулась и повернула в вестибюль.
Сеп последовал за ней, гадая, слышит ли она стук его сердца, и пытаясь вспомнить, как дышать.
24. Перемена
В солнечных лучах висела пыль. Класс сидел на своих обычных местах, и Сеп с изумлением понял, как неловко ему находиться отдельно ото всех, как странно было расставаться с Хэдли и остальными ребятами у двери.
Он покачал головой, почувствовал, как вокруг него привычно установился невидимый барьер, и позволил разуму переключиться в режим восприятия информации.
Миссис Вудбэнк ходила по кабинету.
– Кто-нибудь хочет ответить? Знаю, ещё раннее утро, ну напрягитесь! Вы больше не маленькие дети… – Она выхватила клочок бумаги из протянутой руки.
– Как только – так сразу, – подсказал Аркл.
– Я не про акроним… так, соберитесь! Напрягите мозги, и хватит вести себя как дети.
Сеп посмотрел на стихотворение. Оно было то же самое, что и в прошлый раз, но маленькие нити и связи исчезли, как будто ужас предыдущей ночи напрочь стёр все мысли в мозгу.
«Жизнь. Рост. Перемена».
Последнее слово он обводил до тех пор, пока буквы не превратились в толстые блестящие вмятины на странице.
Хэдли снова смотрела на него. На сей раз Сеп на мгновение удержал её взгляд, прежде чем отвернуться.
Хватило, чтобы увидеть её улыбку."
"– Мы же вчера его разбирали, – взмолилась миссис Вудбэнк, потирая жёлтые пальцы, словно деньги выпрашивала.
