В дымных закутах барной полосы, окунувшись в яркую атмосферу ночных клубов, вы утонете в потоке плотного шепота и тихих шелестов на мажорных людях. Каждый из них пресмыкается перед вами, словно черти перед сатаной - продажные шкуры, готовые пожертвовать своими искренними чувствами за мимолетную лесть. И вот, на фоне этих фальшивых похвал, выслышите эхо чарующего голоса - "Явор"....
Он проникает в изнывающее лоно сквозь ажурную ткань трусиков, что только усиливает ощущения от требовательных движений. Порочные фрикции набирают обороты, я больше не могу сдерживаться и не замечаю, как утопаю в сладких стонах, которые вырываются из меня неудержимой лавиной. Он алчно пожирает меня, одновременно порабощая диким взором, в котором читается чистое безумие. Упоительные ласки вырывают меня из реальности, а безудержные поцелуи погружают в сладостный плен. И сегодня я не собираюсь никуда бежать... Из мечтательной неги меня вырывает резкий укус, и я взвизгиваю, запрокинув голову, чтобы подарить себе возможность дышать.
Он погружает мое лицо в шероховатые ладони и прижимает свой лоб к моему, опаляя кожу жгучим дыханием.
— Я ответил на твой вопрос? — лукаво заглядывает в мои глаза. Я лишь молча киваю, облизывая пересохшие от возбуждения губы. — Сядь на кровать, — хрипит мне в лицо и тут же разворачивается, словно ни капли не сомневается в моей покорности.
И он прав. Блондин — единственный, кому я хочу подчиниться. Он особенный для меня.
Все размышления улетучиваются, когда я замечаю, что он достает из толстовки какой-то моток. И только когда он направляется в мою сторону, я понимаю, что это... Веревка?! Явор замечает мою нервозность и довольно скалится.
— Это чтоб больше не сбежала? — пытаюсь перевести все в шутку, но его взгляд пугают еще больше.
— Ты хотела узнать меня? — спрашивает, останавливаясь у подножия кровати, а я инстинктивно отползаю дальше, но он рывком притягивает меня за ногу. — Я думаю одно действие лучше тысячи слов? — игриво подмигивает мне, хищно оголяя белоснежные зубы.
— Явор, ты меня пугаешь. — Нервно сглатываю, но ком в горле не исчезает, а растет еще больше, заворачивая воздух в смертельную воронку.
