В Эхо первой любви читатели погружаются в мир прохладных вечеров и теплых прикосновений, когда сердце замирает от незнакомого счастья. Атмосфера книги наполняется нежностью и тихой надеждой, словно шепчущаяся мелодия старинной музыки в темном лесу.
Возможно, что и вдохновила Елену на пиар-акцию «мой муж негодяй, верните мне мужа», но опять-таки из любви к хозяйке."
"Вот и вся дедукция… Не Шерлок Холмс он, а просто фантазер, которому в мелких несостыковках видится тень мирового заговора. Хотя Макс, наверное, сказал бы, что это называется не фантазер, а параноик.
Дворкин бесцеремонно уселся в кресло владельца кабинета и попросил показать информацию, которую Макс нашел в сети. Голлербах, человек с системным мышлением, скопировал все статьи и упоминания об Иваницкой в отдельной папке и расположил в хронологическом порядке.
Лев Абрамович защелкал мышкой: вот фото в светской хронике, счастливая Елена на благотворительном мероприятии, рядом такой же счастливый муж. Вот семья в полном составе отдыхает в Карелии, а вот Лена ведет дочку первый раз в первый класс, в новую школу, открытую при поддержке своего благотворительного фонда. На голове девочки огромный белый бант, улыбка до ушей – счастливый ребенок, счастливая мать. Иваницкого на снимке нет, но рядом пара средних лет, женщина такая же тонкокостная и легкая, как Елена, это бабушка с дедом пришли проводить внучку на учебу.
Вот фото Иваницких на каком-то официальном мероприятии. Елена хороша так, что захватывает дух, и муж при ней гордый и довольный, смотрит победителем.
Что это? Засахаренный глянец или настоящая жизнь?
А вот и Клавдия, на заднем плане, среди гостей в загородном доме Иваницких, но даже на фотографии видно, какой у нее холодный взгляд. А в следующей статье она уже рядом с Еленой на одной фотографии из серии, рассказывающей о благотворительной деятельности Иваницкой.
Проходит немного времени, и Клавдия удостаивается нескольких строчек в интервью Елены, пока касающегося только работы ее фонда.
