Эйва просыпалась среди странных сновидений и вязкого покалывания всего тела. Высокое голубое небо с мелькающими облаками казалось почти живым, словно дышащим под холодной луной. Воздух был пропитан легким ароматом свежего снега, что только усиливало острое чувство принадлежности к этой суровой природе....
Это же надо было додуматься, выпить после такого отравления, пива!
— Буду беспрекословно тебя слушаться, пока нахожусь в твоём замке, — обречённым голосом полным тоски и обиды пообещал Агвил, спустя десятиминутного молчания, видимо, совсем заскучал вождь.
— И Миру, — добавила, прямо взглянув на мужчину, который не слишком долго раздумывал, коротко кивнув, подтвердил:
— И Миру.
— Хм… ладно, — пробормотала, прищурившись, окинула вождя подозрительным взглядом, подняла листок, ткнув в место нарисованной мной колбы, произнесла, — это фильтр для воды.
— К нам весной тоже травленная вода приходит, но болеют только те, кто слаб животом и дети, смертей, как в племени Кархайг нет, — задумчиво протянул мужчина, тотчас заинтересованно спросил, вглядываясь в мой корявый рисунок, — что там в твоей колбе?
— Войлок в самом низу, а надо бы вату ещё положить или плотную ткань, мелкая пыль всё равно проходит.
— Что? — тут же переспросил Агвил, с недоумением на меня взглянув. Я тоже не сразу поняла, что его так смутило, обсуждать фильтр с Агнаром было гораздо проще.
— Убьёт большинство отравляющих воду веществ, — пояснила, вновь возвращаясь к листу, — на самый верхний слой уложить речной песок, он не пропустит более крупные частицы.
— Не всё понял, — невнятно проронил Агвил, вполголоса, будто размышляя добавил, — видно и правда твоими устами говорит Вхагар, но суть уяснил, ты хочешь очистить песком, углем и войлоком воду.
— Да, но войлок или надо плотней сделать или нужна трудно непроницаемая ткань, — подтвердила, не просто так заговорив с Агвилом о фильтре, я надеялась, в его племени найдётся то, что мне нужно.
— Я бы пригласил тебя к себе в дом, там хватает ткани, может, и присмотрела чего, да пока я для семьи мёртв, — мрачно усмехнулся вождь, устало вздохнув, предложил, — можно весточку Рауду отправить, он вышлет ткань, есть у меня в сундуке одна, из-за моря торговцы привезли.
— Давай отправим, время не ждёт, да и узнаем заодно, что там у тебя в племени происходит, — произнесла, собирая бумагу, — через час обед подадут, ты отдохни немного, вон уже и глаза с трудом открываются.
