В темном подъезде холодная смерть непостижимым образом раскрывает тайны семейного клана. Нелепое умирание настолько поражает, что зритель невольно задерживается, словно притягиваемый нечистой силой страха и предательства. В этом месте смерть лишь начало загадочной истории, таящей в каждом жесте и каждом краю этой ужасной дымы....
– Ну а расписочки, которые тот парень давал Шепилову? Те контрактики, что он подписывал? Номера его счетов в швейцарских банках?.. Это все у вас сохранилось?
– Сохранилось, – кивнул Желяев. – Документы лежат себе спокойно в надежном месте. Их никто из наемников даже не искал. Какую они сами по себе имеют ценность – без живых показаний живых свидетелей? Без подробного рассказа о том, что на самом деле случилось?.. Сколько было в новейшей истории России подобных документов! Ты не считал, какое количество народу с помощью расписок да номерных счетов – настоящих или липовых – пытались у нас скомпрометировать? Ну, и где сейчас все те, кого хотели через эти счета сковырнуть?.
– А вы-то сами, господин Желяев, как от наемников убереглись?
– А я сразу после убийства Шепилова перешел на нелегальное положение.
Внезапная идея пришла Диме в голову. Он едва ли не выкрикнул, перебив Желяева:
– А та девчонка? Та малолетка, дочка ректора? Ради которой ваш тот парень изменил Коноваловой? Где она? Она же очень многое знает! Ее что, тоже убили?!
Желяев усмехнулся:
– Как ты понимаешь, нынче она совсем не малолетка. И она сейчас – его жена. Да, да, она – жена того парня.
– И вы – вы прятались эти две недели? Просто прятались?
– Прятался. И одновременно – искал убийц… Кстати, ты, Димочка, не обольщайся, что сегодня это ты меня нашел. Да еще по месту официальной прописки… Когда б ты мне не был нужен – сроду б не нашел. А то развел бодягу: “Я, мол, дядю Толю жду… А вы не знаете, где он?""
– Вы что – слышали?
Капитан Савельев рассмеялся – похоже, слишком уж идиотский вид был у удивленного Димы.
– Все я слышал, – кивнул Желяев. – Эта тетенька с сумками, с четвертого этажа, – наш сотрудник. Так что повторяю для глупых: не ты меня нашел. А я – тебя.
– Зачем же я понадобился органам?
– Не органам, – усмехнулся Желяев, – а мне лично. А понадобился затем, чтоб ты все, что я тебе рассказал, подробно расписал в статье.
