В автобусе женщина обнаруживает острый нюанс своего поведения — расстегнутая ширинка. Страх усугубляется, когда парень указывает на нее взглядом. Описанный сценарий становится лишь началом эпической истории экзистенциального пересмотра собственной жизни в условиях вселенского масштаба....
Слава поднимает кошку и кладет ее на диван.
– Ну, слава Богу. Вы извините, пожалуйста, – тут же произносит Славина мать, переводя на меня взгляд. На удивление, выглядит женщина вполне добродушно. – Агнесса еще не успела социализироваться, у нее, видимо, были очень плохие хозяева. Я ее нашла очень изможденной, зашуганной. Она жутко боится рук, вы, возможно, ладошку подняли, вот она и восприняла вас агрессивно.
– Да ничего страшного. Все нормально, – кстати, ни фига не нормально. Только сейчас понимаю, что у меня болят ноги.
– Слава, а ты нас не представишь друг другу?
– Ну я думаю, и так понятно, что это Наташа, а ты моя мама. Перемотаем этот дурацкий момент знакомства и ненужные никому слова. Мы пойдем, нам нужно обработать ей ногу.
– Ей это кому, Славочка?
– Наталь Санне, мама.
– А Наталья Санна кем тебе приходится? – молчание. Затяжное. Мне становится еще более неловко. Архангельский, кажется, вообще не смущен.
– Хорошая попытка, мам, – не скрывая усмешки, выдает Слава, забирая из моих рук бокалы.
– Что-то я не вижу колечка на пальце. Очень приятно познакомиться, Наталья.
– Взаимно, – после небольшой паузы произношу я.
– А вам сколько лет, Наташенька? – странное дело, «Наташеньку» я не люблю почти так же, как и «Натаху», но из уст этой женщины эта интерпретация моего имени выглядит нормально.
– Двадцать один.
– Прекрасный возраст для замужества и рождения детей. Я в это время уже как раз родила Славу. Наташа, а у вас какой размер безымянного пальчика? – остановите землю, я сойду. Как с такой матерью Архангельский до сих пор остался холостым. Несмотря на недавний стыд, сейчас мне почему-то весело.
– Правой или левой руки?
– Обеих. Сейчас же вроде модно, сначала помолвочное кольцо на одной руке, а потом обручальное. Да, Слава?
– Я в душе не е… не знаю, – Господи, ну разве так можно? Еще пару минут назад я думала помру от стыда и стресса, а сейчас я еле сдерживаюсь, чтобы не заржать, смотря на Архангельского.
– Да, все правильно, Александра Дмитриевна. Помолвочное кольцо на левую руку, обручальное на правую. Помолвочное может быть с бриллиантами и любыми другими камнями, а вот обручальное без каких-либо камушков, чтобы семейная жизнь была гладкой. На левой у меня пятнадцать с половиной, на правой шестнадцать.
