В темном ущелье холода и мрака жарится огонь веселья среди пяти подростков, которых объединяет необыкновенный обряд: черепушка — знак эликсира, которым их предок наделил только самым талантливым. Лунный свет прячется за облаками, а шорохи ночи лишь добавляют ужасающего настроению неуловимой мистики. Копать могилы приходится молча и в полной бдительности — во имя будущего царства феи....
— Иди работай! Если хочешь, чтобы я тебе хоть что-то засчитал за сегодняшний вечер, — невозмутимо кивнул в сторону книг, — не забудь убрать, то что разлетелось.
То, что он разбросал!
Я вспыхнула и, сердито сжав кулаки, метнулась обратно к стеллажам, чувствуя, как меня провожают две пары внимательных взглядов.
Эх, а где-то там ведьмочки развлекались на дне рождении, а я вынуждена проводить время в Старом Крыле с двумя Верхними, один из которых ледяной гад, а второй придурок…просто придурок. Миола может ликовать — это худшее наказание из всех возможных.
Одна из книг разлетелась по листам. Мне пришлось ползать на коленях, шарить под стеллажами, чтобы найти их всех, потом долго собирать, пытаясь рассмотреть на пожелтевших страницах номера.
Верхние тем временем о чем-то переговаривались, приглушая голоса, что я бы не услышала, о чем речь. До меня долетали лишь обрывки фраз про полукровок, про подвалы и про странные совпадения.
Я вся превратилась в слух, но больше ничего и не смогла расслышать. Паразиты разговаривали тихо, то и дело поглядывая в мою сторону, при этом физиономии такие сосредоточенные были, словно они решали глобальные проблемы всей Академии.
Интересно, полукровка это я? Или они имели ввиду кого-то другого?
* * *Нольд уходить не собирался. Притащил откуда-то старое, скрипучее кресло, отобрал у меня книгу с поблекшими картинками, которую я безуспешно пыталась привести в нормальное состояние, и уселся, закинув ногу на ногу.
Ледяной не обращал на него никакого внимания, занимаясь своим исследованием, а я предпочла лишний раз не попадаться на глаза.
— Фея! — позвал нагло, когда я умудрилась провести в тишине и покое целых десять минут, — ты там жива?
— Можно подумать, тебе есть до этого дело, — проворчала себе под нос, вынимая с полки очередную тяжелую книгу.
— Не слышу!
— Да жива я, жива! — сердито выкрикнула, склоняясь на истрепанными страницами.
— То-то же!
Вот чего он ко мне пристал? Шел бы по своим делам, раз отдал дежурство Джеру. Так ведь нет! Сидит, мешает, не дает спокойно вздохнуть.
Фея! — очередной оклик через пять минут.
Ну чего тебе? — промычала, закатив глаза.
— А ты ведь у нас не из чистокровных? — бестактно поинтересовался он, — поговаривают, папаня у тебя — ведьмак.
— Собираешь про меня сплетни? Я польщена.
