Она сидела в чарах иллюзии, созданной для нее, ощущая скованность в этом мире из плоти и крови. Прозрачная и невесома, она могла проникнуть в любую вещь — от груши до величавого здания, но ее радость ограничивалась формой этого предмета. Вокруг нее простирался бесконечный дворец, разбитый на четыре части, каждая из которых была посвящена одному из четырех божеств.
— Значит, никого лишнего.
И Ева готова была испепелить её глазами, но к несчастью, из всех существующих суперспособностей ей достался какой-то дурацкий оживляющий голос, а не испепеляющий взгляд.
— Феликс, будьте любезны, удовлетворите мое любопытство, как блондин с голубыми глазами может быть кером? – спросила Виктория, немного переигрывая с вежливость.
— Видимо, ошибка природы, — невозмутимо ответил Феликс. — А может быть злая шутка.
— Но я чувствую ты азур, хотя…, — Виктория нахмурилась, — и кер тоже.
— Тогда может правильнее будет обращаться ко мне на Вы, как Вы и начали, но не потому что я старше, и мы едва знакомы, а потому, что меня двое — я и кер и азур? – заметил Феликс Виктории.
И если до этого Ева его уважала, то сейчас зауважала как никогда.
— Жаль, что в этом доме ничего не наливают, — глядя по-прежнему только на Феликса, улыбнулась Виктория. — Мы бы непременно уладили эти формальности за бокалом вина.
Ева дернулась, с её стороны действительно было невежливо не предложить гостям выпивку, но цепкие руки Дэна пригвоздили её к месту, не позволив суетиться. Он смотрел на эту парочку на диване с нескрываемым удовольствием.
— Я слышал, Вы живете в Италии. — заметил, улыбнувшись уголками губ Феликс, — Вы же не будете пить ту бурду, что продают в местных магазинах? Возможно, стоило прихватить с собой в гости бутылочку местного вина. Ваша бабушка держит виноградники?
— Да, у неё отличное вино. Одно из лучших в округе, — ответила Виктория.
— Вы же не заставите нас упрашивать? – настаивал Феликс.
Зло сверкнув глазами, Виктория исчезла как сидела, прямо с дивана.
— Если у тебя нет бокалов, — обратился Феликс к Еве, мягко намекая, — за пару секунд я принесу свои.
— Спасибо, но бокалы есть, — и она побежала на кухню, и в этот раз Дэн не возражал.
— Господи, ей же нельзя перемещаться самостоятельно, — схватился за голову Дэн. — Её бабушка предупредила, что это может спровоцировать приступ."
"— На счёт этого, можешь не париться, Дэни, — ответил Арсений обреченно и мрачно со своего места на полу, прислонившись к стене. — Ей больше никакие приступы не страшны.
Он не успел договорить, хотя видел в глазах Дэна этот невысказанный вопрос. Он просто утвердительно кивнул, и Дэн, осознавая новость, даже переменился в лице.
— Что это у тебя с лицом? – спросила его Виктория, ставя на стол две бутылки вина.
— Я за штопором, — не ответил Дэн на её вопрос, а когда вернулся, от былого смятения на его лице не осталось и следа.
