Заткнись! Снова Ева оказалась в роли спасательницы Новогодней ночи, но теперь она чувствует себя радостно и счастливо. Феликс выздоравливает, и Дэн был рядом, несмотря на холодный зимний вечер. Теперь каждая минута кажется особенной благодаря их присутствию друг у друга....
— Тебя и не узнать, такая красавица! — воскликнула она, глядя на Еву.
— И не говори, — скромно улыбнулась Ева в ответ. — Не многовато народа? Кто все эти девушки?
— О, это же ангелы! Белые, серые, чёрные. Те, что приносят души, проводят инициацию, а потом приводят души умерших сюда, в Замок Кер, — Изабелла показывала рукой, стараясь делать это деликатно и едва заметно. — Зрителей и посторонних Орден категорически запретил пропускать. Было объявлено, что всё это действо состоится завтра.
— Это похоже на какое-то дешёвое костюмированное шоу, — поделилась Ева своими ощущениями.
— А я волнуюсь, — вздохнула Изабелла. — Виктория!
— Изабелла! — кивнула ей головой Вики. — Ева!
— Вики, чего мы ждём? — спросила Ева, когда она подошла. — Какого-то сигнала? Выстрела из пушки? Боя часов?
— Почти, — она посмотрела на дверь. — Его команды.
В дверях в белом кителе с золотой отделкой стоял Баз. Как офицер Белой гвардии, как адмирал, как тот, в чьей власти сейчас скомандовать «К бою!» или отменить сражение.
Виктория подошла к стеклянному кубу в том месте, где в каменном полу были выбиты буквы. Она опустилась на одно колено, достала из-за пояса нож с загнутым лезвием и резанула им ладонь. Её кровь, красной тонкой струйкой потекла на пол, точно в углубления букв. Буквы заполнялись по одной, и от каждой кровь текла дальше по углублениям в полу, которые до этого никто и никогда не видел.
Ева заворожённо смотрела, как от каждой из букв к двери пролегли четыре параллельных красных линии. Они влились в большую окружность, кровь обрисовала её вокруг дерева, и закончила свое движение такими же ровными четырьмя линиями с другой стороны куба.
Страж первым сделал шаг внутрь этот круга. Еву подхватили крепкие руки Дэна, когда все последовали его примеру. И Ева едва успела прижаться к таким неожиданно жёстким накладкам на его груди, когда с ощущением спуска по американским горкам они ухнули вниз.
"Предрассветная тишина и прохлада встретили их там, где они оказались. Храм Аполлона в Дельфах, тот самый на фронтоне которого значилось загадочное изображение буквы «Е» и изречения древних мудрецов. Это ещё были его руины. Но Виктория уже шла туда, где когда-то стоял золотой треножник жрицы-прорицательницы, и под её ногами пространство расступалось. Настоящее уступало место прошлому.
