В теплых и необъятных объятиях Элли ощущает себя как новичок в своем собственном теле. С каждым рывком все более интенсивно, она погружается в горячую бездну, где тело взрывается от незнакомых чувств и страстных движений. Элли ощущает себя маленьким жалким существом, терпящим нечто большее, чем он мог предположить....
Отступать некуда, стол упирается в задницу.
Я задираю подбородок, потому что они совсем близко и, чтоб посмотреть в их глаза, нужно поднапрячься. Проклятые метр шестьдесят!
- А это потому, Котен, - мурлычет Димас, упираясь рукой справа от меня в столешницу и оказываясь невозможно близко, - что ты у нас слишком шустрая.
- Агаааа, - тянет Ромка, зеркаля жест брата, только слева, запирая меня таким образом в ловушку, - замучились догонять… Столько времени потеряли… Нервов… Сил…
- Кто нам это возместит, Котен? – Димка наклоняется, не только наваливаясь на меня еще, но и загораживая свет единственной лампочки, погружая в морок и мои глаза, и мое бедное сознание.
- Придется постараться, да? – шепчет Ромка, шумно вдыхая запах моих волос и пока еще нежно и аккуратно заправляя выбившиеся пряди волос за ушко.
Потом наклоняется и неожиданно проводит языком по шее, как раз возле мочки уха.
И я, дрожа и цепляясь за его робу, чувствуя , как наглые пальцы Димки требовательно и быстро расстегивают пуговки на груди комбеза, дурея от происходящего, понимаю.
Постараться придется.
Нам всем.
35. Особенности отдыха после работы.
Роба с меня слетает так быстро, что я даже этот момент не улавливаю. Вроде, вот только-только за ворот цеплялась нервно, стараясь прикрыть ключицы и шею от плотоядных взглядов, и тут на тебе!
Уже голая!
В одном белье немудрящем!
Да и то… Судя по резким движениям близнецов, ненадолго.
- Не надо… - Хриплю, тормозя ладонями сразу обоих, упираясь в жилистые грудные клетки.
И они замирают. Послушно. Опять напоминая норовистых жеребцов, покорных воле наездницы.
Ох, как я на них покатаюсь сегодня!
- Не надо рвать… Я сама. Сама.
Завожу руки за спину, щелкаю застежкой. Братья смотрят настолько жестко, что я невольно, на инстинктах, держу предплечья у груди, будто закрываюсь от них.
Звери переглядываются, потом синхронно тянутся ко мне. И в четыре руки разводят мои ладони. Аккуратно и неторопливо.
Глаза у них при этом такие, что в низу живота уже не просто горячо.
А это было бы прикольно. Только от взглядов их кончить. Не от ласк даже, а от легких, направляющих движений.
Элька, новый уровень нимфомании, да?
- Красивая… - шепчет Ромка, как завороженный, мягко проводя пальцами по коже груди, останавливаясь на собравшемся моментально соске, - такая красивая…
Дима, по обыкновению, не говорит ничего.
Резко наклоняется и прихватывает острую вершину соска губами.
