В теплых и необъятных объятиях Элли ощущает себя как новичок в своем собственном теле. С каждым рывком все более интенсивно, она погружается в горячую бездну, где тело взрывается от незнакомых чувств и страстных движений. Элли ощущает себя маленьким жалким существом, терпящим нечто большее, чем он мог предположить....
Верней, нет. В голове одна серьезная мысль: где добыть обувь черную, закрытую? И удобную, чтоб без ног не остаться.
На этих эмоциях еду в общагу.
И упускаю из виду Зверят, которые сегодня меня очень сильно хотели.
В смысле, забрать после пар сильно хотели.
Но позвонил этот Ринат, срочно назначил собеседование, и я свалила с последней пары. Хорошо, что это была неважная техника безопасности. Ее ведет старый и уже дико маразматичный дед, которому глубоко похрен, кто к нему ходит на занятия. Автоматом все равно всем все ставит.
Поэтому я попросила Татку записать лекции, если будет, конечно, что писать, и умотала.
И вот теперь, трясясь в троллейбусе, лихорадочно подсчитываю свои финансы, которые даже не поют ничего, а прямо -таки корчатся в агонии, и обдумываю ситуацию.
Работа мне важна, она для меня на первом месте. Жить на что-то надо, за дополнительную литературу платить надо, осень пока теплая, но зима ведь скоро. А тут не Анапа, говорят, холода и тридцать градусов бывают, бррр… Значит, свитером не обойдешься, одежду надо.
И что делать?
У Лены просить опять?
Они и так столько бабла в меня вложили, в чужого совершенно человека… Мне вовек не расплатиться."
"А тут я еще и на обувь приду клянчить.
Нет, надо как-то по-другому.
У соседок по комнате не попросишь уже.
Лариса, после сегодняшнего моего посыла, вряд ли хоть слово скажет. И, наверно, Настю настроит. Да и стремно за ними обувь донашивать.
Возле общаги вечером шумно.
На лавочках сидят студенты, отдыхают от трудов ученических, ржут, как кони. Неподалеку тут скверик есть, и там лавочки в тени кустов. Ох и весело по ночам! Только крики, писки, музыка слышны.
Но я скромная девочка-тихоня. Иду мимо, опустив глазки.
Не до развлечений.
- Вон она, - раздается сбоку знакомый злобный голос Ларисы, - шлюха! Платье мое уделала?
Да, бл***!!! Чего тебе надо, тварь?
Я чувствую, что меня неожиданно кроет злостью.
И сильно.
Я голодная, с утра ничего не ела, только ночью пиццу со зверятами, весь день мотаюсь по лекциям, потом на собеседование, теперь в общагу, вся в размышлениях о судьбе моей непростой… И что? И вот что? Обязательно в этот момент до меня надо дое**ться? Ну вот что за подлая бабская натура?
Правильно не было у меня подружек!
Я разворачиваюсь, сузив глаза, смотрю на развалившуюся на лавочке компанию.
Лариса, еще какая-то незнакомая девчонка, трое парней.
