На двадцатых курсах Эпохи Опустошителя, тяжелые мысли Тар Лазарева переплетаются с древними ритуалами Аххесского пантеона и мистическими оттенками Ианмита. Вдали от пространственных врат и дома, семнадцать часов спустя после вторжения на Мергару, Лазарев чувствует себя изолированным и безвыходным, созерцая калейдоскоп событий, сотрясающих его мир....
Похоже, «Эпоха Опустошителя. Том IV» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Вот как, значит, — протяжно выдохнула Тальвия присаживаясь на трон, но затем её острый взор устремился в противоположную сторону. — Тогда ты почему молчишь, Аргус⁈ Хард ведь был твоим вассалом. Тебе нечего сказать? А вы чего притихли? — обратилась та к еще трём главам. — Шариса? Игар? Фейлан?
— Что Игар⁈ Я тут каким боком⁈ Свартальвхейм в это дело не впутывай, — холодно отрезал невысокого роста мужчина. — Меня отбор не интересует! Я и мой народ по другой части! Это вам в радость лить кровь и соперничать друг с другом за клочки власти и влияния.
— Аххес победил достойно, — сухо изрёк глава верховного клана Йотунхейм. — Он был сильнее. Претензий к нему у меня нет. Тоже самое касается и твоего вассала."
"— Как ты можешь, Аргус⁈ — возмутилась светлая альва.
— Расслабься, Тальвия, — махнула рукой правительница верховного клана Хельхейм. — Аргус прав. Чего ты так разошлась? Ну убил маленький выродок парочку молодых талантов… Ну потешил своё эго. Что с того? Долго радоваться он всё равно не сможет. Стоит уродцу попасть на наших наследников и ему не жить.
Из всех глав молчал только Фейлан — глава побочной ветви верховного клана Ванахейм.
— Не люблю это делать, Тальвия, но вынуждена согласиться с Шарисой, — поднимаясь с трона, задумчиво изрекла глава верховного клана Ванахейм, медленно растворяясь в пространстве. — Рано или поздно, но аххес умрёт. Очень надеюсь, что наши дети об этом позаботятся. Так что позвольте откланяться.
— Позвольте и мне уйти, — уважительно пробормотал Фейлан, сопровождая своё исчезновение поклоном.
Всего мгновений мужчина пребывал во тьме, а пару вдохов спустя его веки слегка приоткрылись и тот откинулся на спинку кресла.
— Как же это утомительно… — тяжело выдохнул чуть седовласый ван, мягко упираясь руками в подлокотник и плавно поднимаясь из-за стола. — При каждой встрече с ними я будто становлюсь старше.
— Ты всегда так говоришь, — раздался из-за спины насмешливый женский голос.
