На двадцатых курсах Эпохи Опустошителя, тяжелые мысли Тар Лазарева переплетаются с древними ритуалами Аххесского пантеона и мистическими оттенками Ианмита. Вдали от пространственных врат и дома, семнадцать часов спустя после вторжения на Мергару, Лазарев чувствует себя изолированным и безвыходным, созерцая калейдоскоп событий, сотрясающих его мир....
Похоже, «Эпоха Опустошителя. Том IV» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Самонадеян, груб, сварлив, раздражителен, несдержан, но… умён. А остроумие граничит с бесцеремонным хамством и вульгарностью.
Стоило валькирии закончить свой анализ, как стражи дома Хаззак один за другим начали обращаться к магическим и духовным резервам. Даже извечно ухмыляющийся Натан сбросил с физиономии всё веселье и с каким-то чуждым холодом посмотрел на довольно ухмыляющуюся Сигрун.
— Провалиться мне на этом самом месте! В жизни не слышал столь приятных слов. Благодарю вас, чтимая валькирия, — осклабился предвкушающе я, и взмахом руки приказал стражам успокоиться.
— Невзирая на раздражительность, озлобленность и агрессию, зачастую Ранкар Хаззак рассудителен и дальновиден, — закончила свой анализ Ингрид, быстро принимая прежний облик заводной девчушки. — Прошу простить меня за излишнюю дотошность и любопытство, воспитанник Изувера.
— Вы так и не ответили на первый вопрос юного лорда, — с явным холодком изрёк Натан. — Встреча должна была состояться в форпосте, а не тут. Нас не уведомляли о каких-либо изменениях.
— Вся ваша аххеская братия недостойна знать о том, что случится дальше, — фыркнула сердито Сигрун.
— Позвольте пояснить, — вновь заговорила как можно дружелюбней девчонка. — Мы следуем приказу Арнлейв только и всего. Если кратко, то таким жестом мы хотели показать своё радушие и загладить вину перед Ранкаром Хаззаком за всё, что случилось в прошлом. Плюс начало состязания состоится раньше, чем запланировано. Открытие отбора перенесли на сегодняшний вечер.
