Ночной подъезд суетился, ожидая нового владельца дома серии 152. Фонари казались забытыми временем, и каждый шорох вызывал непреодолимое беспокойство у хозяина, пока он не приблизился к массивной железной двери. Дождь бросался в глаза — тускло-серый свет фонарей лишь немного освещал темный подъезд. Мужчина чувствовал проклятую удачу, каждый раз приезжая сюда. Что ждет его внутри?...
– Чего?
– Думал, померла.
– Испугался? – удивилась Ляля. – Тебе что, ее жалко?
– Человек все-таки.
– А меня? Меня не жалко?
Леонидов промолчал. Конечно, Лялина жизнь – не сахар. Но ее отношения с престарелой соседкой Алексею не импонировали. Однажды Ляля похвасталась, что довела ту до сердечного приступа. Он представил на месте старушки свою мать и загрустил. Конечно, той не восемьдесят, а шестьдесят, и родственные отношения есть родственные отношения, но… Вот именно! Но! Жить-то им придется вместе! Что будет? Добрая ссора или худой мир? Ляля не терпит присутствия на кухне другой женщины.
– Лешик, ты проходи в комнату, у меня мясо подгорает.
Он прошел следом за ней на кухню, не отводя взгляда от сдобных булочек, обтянутых синей джинсовой тканью. Ляля обернулась и, поймав его взгляд, расплылась в улыбке. Значит, все в порядке! Раб лампы верен своим цепям. А его цепи – это его желания. Которые легко прочитать во взгляде.
– Овощи еще не готовы, мясо доходит в духовке, зато у меня есть куриный суп, – сказала Ляля, помешивая что-то в сковородке.
– Еще бы! – сказал он, принюхиваясь. – Я голоден, как стадо мамонтов после столетней спячки!
– Иди, руки мой, мамонт.
В этот момент Алексей был готов выполнить все ее желания…
Минут через десять он с упоением ел куриный суп и разглядывал женщину, сидящую напротив. Жена… Яркая, нахальная (можно мягче: с характером), предприимчивая баба. Тьфу ты, черт! Он невольно покраснел и уткнулся в тарелку с супом. Ляля обожала красить ногти ярко.
– Вкусно? – ласково спросила девушка.
– А то!
– На второе у нас жаркое. И тушеные овощи. Для меня, – скромно опустила глаза Ляля.
– Да брось ты! Все у тебя в порядке. Я тебе это говорю.
– Вот ты, Лешка, неужели не боишься, что у тебя появится животик? После тридцати мужчины полнеют, ты знаешь?
– Ну, мне это не грозит.
– Это почему?
– Потому что стресс – лучшая диета. А работа у меня такая, что я постоянно ее придерживаюсь. Кстати – дарю. Можешь попробовать, никем не запатентовано, мое собственное изобретение."
"– Прям! – отмахнулась Ляля.
