Они плакали и обнимали его, и желали им с Сапфирой всего самого хорошего, а потом Насуада попрощалась с Рораном и в очередной раз поблагодарила его за помощь в войне.
Наконец, когда Эрагон, Арья, Роран и Катрина уже готовы были сесть в седла, какая-то женщина закричала:
— Задержитесь-ка!
Эрагон, уже поставив ногу на правую переднюю лапу Сапфиры, оглянулся и увидел Биргит. Она бежала к ним от городских ворот, и серая юбка так и билась вокруг ее ног. Юный сын Биргит, Нолфаврель, тащился за нею следом с беспомощным выражением лица. В одной руке у Биргит был обнаженный меч, в другой — круглый деревянный щит.
У Эрагона похолодело под ложечкой.
Стражники Насуады уже двинулись Биргит наперерез, но Роран крикнул:
— Пропустите их!
Насуада сделала стражникам знак, и те отступили в сторону.
Не замедлив хода, Биргит подлетела к Рорану.
— Биргит, пожалуйста, не надо! — тихо сказала Катрина, но та даже внимания на нее не обратила. Арья, не мигая, смотрела на них, положив руку на рукоять меча.
— Молотобоец, помнишь, я всегда говорила, что потребую платы за смерть моего мужа? Теперь я пришла потребовать ее, ибо она полагается мне по праву. Ну что, сразишься со мной или выплатишь свой должок?
Эрагон подошел и встал рядом с Рораном.
— Биргит, зачем ты это делаешь? Почему сей час-то? Неужели ты не можешь простить его и оставить старые горести в прошлом?
«Может, ты хочешь, чтоб я ее съела?» — спросила у него Сапфира.
«Пока нет».
Но Биргит даже внимания на слова Эрагона не обратила; она не сводила глаз с Рорана.
— Мам. — Нолфаврель потянул ее за юбку, но она не обернулась.
Насуада тоже подошла ближе.
— Я тебя знаю, — сказала она. — Во время войны ты сражалась наравне с мужчинами.
— Да, ваше величество.
— Что же между тобой и Рораном за ссора такая произошла? Он доказал — и не один раз, — что является прекрасным и очень ценным воином, и мне бы очень не хотелось его потерять.
— Он и его семья в ответе за то, что раззаки убили моего мужа. — Биргит ненадолго задержала свой взгляд на Насуаде. — Они его съели! Съели и даже мозг из косточек высосали! Этого я простить не могу! И намерена получить полагающуюся за это компенсацию."
"— Но ведь Роран в этом не виноват! — возмутилась Насуада. — Это совершенно неразумно! И я запрещаю…
— Не так уж это и неразумно, — прервал ее Эрагон, хотя ему страшно хотелось, чтобы Насуада действительно все это остановила. — Согласно нашим обычаям, у Биргит есть право требовать кровавую цену с того, кто виновен в смерти Квимби.
— Но ведь Роран-то в этом не виноват! — вскричала Катрина.
— Нет, все-таки отчасти виноват и я, — тихо сказал Роран. — Я мог бы сам броситься на этих солдат. Мог бы увести их из деревни, но я этого не сделал. Я предпочел спрятаться, а в итоге погиб Квимби.